У сына отвисла челюсть.

– Ты с ума сошла?

Я протянула руку.

– Отдай свой мобильник.

Фредди крепко в него вцепился.

– Ни за что.

Я выхватила у него телефон и бросила следом за своим.

– Зачем ты это сделала? – завопил Фредди. – Ты спятила, мам.

– Нет, не спятила, – возразила я. – А пытаюсь спасти наши жизни. Телефоны может отследить полиция. Мне стоило подумать об этом раньше.

Мы все шли и шли. Не разговаривали, словно по какому-то негласному уговору. Что тут было сказать? Только что-нибудь чудовищное.

– Что за шум? – спросил Фредди в ту же секунду, как я тоже услышала. Напоминало жужжание. Над головой завис желтый вертолет. Джаспер гавкнул. Схватив сына, я потащила их обоих к живой изгороди. Мои зубы стучали. Тело тряслось. Вертолет медленно полетел прочь.

– Прости, мам, – тихо произнес Фредди.

Я посмотрела на землю, туда же, куда смотрел он. Там была лужа. Он обмочился. Будто малыш.

– Нас преследуют? – жалобно спросил он.

Прежний гнев пропал. Голос у сына был таким несчастным, что я почти ощутила благодарность.

– Нет. Никто не знает, что мы здесь. Я просто запаниковала, вот и все.

Но это могло оказаться неправдой. Что, если нас заметили? Это же довольно легко. Кто-то со станции. Тот собачник, мимо которого мы проходили. Водитель грузовика. Пассажир поезда мог увидеть наши фото, которые, наверное, уже распространяли.

– Я должен был сдаться, – тихо сказал Фредди. – Теперь и тебя втянул в неприятности.

– Это был и мой выбор тоже, – напомнила я. Я не собиралась опекать его, отрицая все заявления подряд. Ответственность лежала на нас обоих. Даже сдайся мы сами, против Фредди все равно выдвинули бы обвинение.

– Расскажи о той девушке, которая умерла из-за твоих таблеток, – попросил сын.