— Нет. Нет, никогда.

Старший инспектор заметил, однако, секундное колебание. Он знал: это может решительно ничего не значить. Есть люди, которые терпеть не могут высказываться определенно. Тем не менее он решил проявить здесь настойчивость.

— Не случалось так, чтобы к концу дня не хватало деньжат в кассе? — спросил он игриво. Когда же Бронсон, покачав головой, заметил, что у них невелика торговля наличными, задал еще один вопрос: — Ценные книги не исчезают?

Бронсон ответил уклончиво.

— В книжных магазинах книга всегда может исчезнуть. Поставишь не на ту полку, она и пропала. Но обычно они, конечно, возвращаются на место.

— Конечно, — сказал Торн и выжидательно помолчал.

— Была тут одна книга, — проговорил наконец Бронсон. — Джордж Оруэлл, первое издание, на комиссии, в грязной суперобложке и с милым посвящением. Очень ценная книга. Незадолго до Пасхи я получил запрос на нее от одного американского коллекционера и обнаружил, что книги нет. Я мог бы поклясться… — Он огорченно помолчал. — Разумеется, я спросил Мойру, но она ничего не знала. И очень встревожилась. Я надеялся, что мы книгу отыщем, но ее нет.

— Легко ли пристроить книгу, если она украдена? — спросил Торн.

— Ну, прежде всего нужно знать, что она дорогая, — а это весьма сокращает возможности. Далее надобно знать ситуацию в торговле, куда и как обратиться. Ведь могли бы возникнуть сомнения… — Бронсон вздохнул. — Впрочем, существует много посредников, которые дадут вам цену, не задавая лишних вопросов.

— Понимаю, — сказал Торн. — Что ж, благодарю вас за все, что вы мне рассказали, мистер Бронсон. Не думаю, чтобы это имело какое-либо отношение, но ведь надо знать…

— Но, простите, было бы ужасно, если вы подумали бы, будто я обвиняю…

— Разумеется, нет, мистер Бронсон. Я вас понимаю, — сказал Торн. — И все, что здесь было сказано, абсолютно конфиденциально. Знаю, что могу положиться на вашу скромность.

Торн вышел из книжной лавки, очень довольный собой. Сержант Эббот ожидал его в машине, стоявшей чуть поодаль.

Мистер Келси был обнаружен у себя дома. По телефону он сказал, что работает в саду, но вполне готов перекинуться с ними словечком.

Однако от него узнали они немного. Келси согласился с тем, что Мойра старательная, добросовестная ученица, никогда, насколько ему известно, не доставлявшая никаких неприятностей. Но он с сожалением признал, что в такой большой общеобразовательной школе трудно держать в поле зрения каждого. Во всяком случае, Мойра не была из тех учениц, которые постоянно обращают на себя внимание, и это лучшее, что можно о ней сказать.