Но должна сказать тебе еще кое-что. На этой неделе я получила – хочешь верь, хочешь нет – одно из самых радостных известий в моей жизни. Я узнала, что шестьдесят пять лет прожила в заблуждении. Лусия – дочь, которую я носила в своем чреве до того, как там появилась ты, – не была ребенком того ничтожества, убитого Кларой. Эта девочка была плодом страсти, настоящей любви, которую мы с Луисом испытывали друг к другу. В последний раз я видела его за два месяца до той темной кровавой ночи, когда он нанес мне визит в Сантильяну вместе с Кларой. Тогда мы остались одни всего на двадцать минут – в крохотной кладовке, куда он помог мне отнести мешок с мукой. Это случилось только один раз, единственный раз… как я могла подумать, что беременна от него? Возможно, у него были причины сомневаться, поэтому он и решил сходить в тот день в Убиарко… А увидев нас с сестрой и всю эту суматоху с исчезновением молодого господина, он, возможно, решил, что у нас с ним не могло ничего получиться. Однако на днях у меня побывали нежданные гости, ко мне приходила лейтенант гражданской гвардии в сопровождении Оливера Гордона. Надеюсь, голова у тебя не лопнет от избытка новостей, но Оливер – сын твоей сестры Лусии. По крайней мере, теперь у тебя есть племянник.

Когда они приехали, я сидела в своем любимом кресле у окна и увидела их. Как только он вышел из машины, я сразу все поняла. Ох, Клара, ты не можешь себе представить мое удивление и безмерное счастье… Знаешь ли, каково это – услышать, как после многих лет тишины бешено колотится сердце? Оливер Гордон – вылитый Луис, мой Луис, те же синие глаза, тот же открытый взгляд, даже форма челюсти и носа в точности такие же. Разумеется, я потеряла сознание, ты же знаешь, со мной это постоянно случается. Я уже видела его фотографии в газетах, но на них он напоминал только свою мать. А когда я увидела его вживую, как он двигается, как смотрит… Я все поняла, и я уверена, что не ошиблась. Он такой очаровательный молодой человек… Я думаю, ты должна с ним познакомиться, мне он показался очень милым.

Теперь я должна попрощаться с тобой. Я покидаю этот мир, зная, что дала жизнь тебе, и Лусии, и Оливеру, и его брату, которого никогда не видела. Я безмерно счастлива, что мы с Луисом стали родителями и бабушкой с дедушкой, хотя все эти годы мы прожили, ни разу не коснувшись друг друга, не заговорив и даже почти уже незнакомцами, но все равно вместе.

Живи своей жизнью, моя девочка. Это единственный совет, который я могу тебе дать.

Я люблю тебя, я всегда любила тебя, а в те дни, когда ты меня ненавидела, я любила тебя за нас обеих.