Мама

Нелепо. Как нелепо. Исан Саэнс Чакон сидел в тюрьме ни за что, он рисковал без всякого смысла: Оливер Гордон не приходился ему родственником. Оливер – всего лишь молодой человек, вернувшийся в лето своего детства, к памяти о земле, которая дарила ему ощущение безопасности, вернувшийся, чтобы сбежать от пустоты и неопределенности. Однако в месте, которое должно было стать его убежищем и приютом, его ждали кости младенца – кости родной тетки, о существовании которой он не подозревал. Еще он познакомился со своей бабушкой, которую сразу же потерял, потому что она принесла себя в жертву, узнал темный секрет своей семьи и историю безумной женщины, изощренно маскировавшейся десятилетия и наложившей на себя руки. Что и говорить, этот год Оливер вряд ли мог назвать безоблачным, но постарался сохранять британскую флегматичность и склонность к черному юмору.

Его отец, поставленный в известность обо всем, покинул свое убежище в Шотландии и провел с сыном целую неделю, за которую они, прогуливаясь по Ракушечному пляжу, смогли узнать друг друга заново. Как и планировалось, погостить на вилле “Марина” также приехали из Лондона трое друзей Оливера. Уолтер и Анжелина уже сто лет вместе, с Оливером они знакомы с университетских времен, а Майкл – музыкант и вечный бродяга, с ним Оливер дружил еще со средней школы. Эта троица была частью разношерстной лондонской компании, собиравшейся в пабе “Роза” в Челси почти каждую субботу, чтобы разбавить серые будни парой пинт. Оливер устроил своим гостям путешествие по Кантабрии, и, разумеется, они навестили Тлалока в Сантильяне-дель-Мар. При этом Майкл не переставая ныл, почему это его не уведомили о происходящем здесь, он бы примчался раньше, а не когда все “веселье уже позади”, и грозился провести весь остаток сезона на вилле “Марина”, чтобы найти новые краски для своей музыки.

Когда друзья уехали, Оливер наконец смог осознать все, что с ним произошло. Небольшой отпуск в компании отца и друзей пошел ему на пользу, позволил отстраниться от недавних событий. Но теперь Оливер снова был один.

Работы в большом доме подходили к завершению. После легкого ужина Оливер пил кофе на террасе, глядя на Ракушечный пляж. Вечера становились все прохладнее и короче. Темнело, успокаивающий луч маяка с мыса Торко скользил по пляжу, создавая особенную романтическую атмосферу.

– Тебе следует запирать ворота, иначе любой сумасшедший, желающий поплескать бензином на дом взбалмошного англичанина, решит, что это приглашение.

– Валентина! Как ты вошла? – удивленно воскликнул Оливер, оборачиваясь и едва не расплескав кофе.