— Посоветовалась ли ты со своим отцом, прежде чем прийти сюда? — попытался уязвить ее Огнян.

— Нет! Я пришла к твоему отцу, никому не сказав. А ты так похож на него. Не умеешь разговаривать с людьми.

— Тогда в чем дело?

— Я хотела бросить все, но поняла, что поторопилась. Нужно сначала полностью очистить ваши души и тогда уже уйти к чужим. Иначе я буду нести в себе вашу ржавчину, и она повсюду будет меня разъедать.

— Нет, вы посмотрите на нее, какая она воинственная! — Огнян смотрел на Сильву с интересом.

— Наивный ты человек, глупый, наивный человек! — только и смогла вымолвить Сильва. Она готова была бороться до последнего, лить бы не терять надежду, что он не такой, как остальные.

Перед глазами Огняна были игрушки детей и приказ об отстранении его от должности командира полка. Он не мог воспринимать Сильву иначе, чем дочь человека, который распоряжался его судьбой. И оба они были для него настолько дорогими, насколько далекими. Он убегал от них. Пытался сохранить хотя бы добрые воспоминания...

— Может быть, еще встретимся! — сказал он и пошел.

Сильва не шевельнулась. Всюду ее ждала неудача. Она осталась совсем одна. С лужайки доносились голоса детей. Увлеченные своими играми, они забыли о ней, забыли и о своем отце... Ей захотелось быть такой же беззаботной, как они, чтобы не думать о сложностях жизни...

Эта ночь стала ночью подведения итогов и для Щерева. Он не считал ушедшие годы, а думал о том, что ему еще предстояло. Еще не поздно! Если человек почувствует себя удовлетворенным, этого будет достаточно, чтобы он не сожалел об утраченном. Через три дня ему предстояло ехать в Германию — от предприятия его премировали туристической путевкой. Всего лишь через три дня...

Сигарета дрожала в его руке.

Тогда ему было двадцать пять лет. Морозным февральским вечером тысяча девятьсот сорок третьего года кто-то постучал в дверь, и он открыл, не спросив, кто там.

Начальник управления общественной безопасности лично соблаговолил прийти к нему в гости.

Щерев хотел зажечь свет, но гость схватил его за руку.

— И в темноте обо всем договоримся, — донесся его голос. — Завтра утром мои люди арестуют тебя. После этого отвезут на вокзал, посадят в поезд, уходящий в Беломорье. Но не в лагерь. Ты будешь находиться в одном из сел.

— А как же моя работа здесь? — не выдержав, спросил Щерев.

— Там у тебя будет более широкое поле деятельности. Будешь работать с верхушкой коммунистов. Твоя миссия выйдет за рамки нашей области.

— А точнее?

— В том селе живет много болгар. Есть школа, но нет учителя. Мы тебе «разрешим» преподавать бесплатно, по твоей просьбе. Наверняка они тебя подключат к своим каналам связи. Важно, чтобы ты стал их другом, чтобы они тебе поверили. Остальное предоставь нам.