— Натка меня очень сильно пинала. А потом как даст острым каблуком! Я думала, насквозь пронзит. Чуть не выпустила её, так было больно.

— Надо честно признать — ты, мать, стойко держалась. Даже не ожидала от тебя подобного героизма. Ты же драться не приучена, но вцепилась в эту бешеную тварь изо всех своих слабых силенок. А в результате тебе придется, как минимум, неделю-две походить в черных колготках.

— Терпеть не могу черное, а особенно белье и колготки, — поморщилась Лариса. — Излюб ленный цвет проституток и нерях.

— Что поделать?! Придется, дорогая, а то народ решит, что родной муж тебя нещадно лупцует. Мы же про наши ночные подвиги молчок? Или ты кому-то расскажешь?

— Только Лидии Петровне и Виталику.

— Кстати, к черным колготкам тебе и соответствующий костюм придется прикупить. У тебя же все костюмы светлые. Не оденешь же ты прикид персикового или небесного цвета с черными колготками.

— Я никогда не носила темных расцветок, — вздохнула Лара. — Буду, как вдова в трауре или старая дева.

— Шляпку с вуалью не забудь, чтоб быть в образе. Вуаль подбери погуще и подлиннее, чтоб всю морду прикрыть, — тут же съехидничала Алла, не упускавшая ни единой возможности, но тут же смягчилась, увидев, как Лара сразу приуныла. — Тебе пойдет, подруга. Ты у нас дама романтичная, дворянских кровей, вуаль — твой стиль. Дамочки в прошлом веке бегали на свиданки к любовнику под густой вуалью. А при теперешней жизни ты будешь походить на богатую иностранку, которая даже в трауре выглядит шикарно. Без вуали не обойтись, мать, на подбородке у тебя приличных размеров синяк и губа прикушена. Ну-ка, покажи.

Лариса задрала подбородок, Алла внимательно осмотрела её, вздохнула и процитировала классика:

— Потом считать мы стали раны…

— Что, очень заметно? — забеспокоилась Лара.

— Да уж заметно… Если невозможно скрыть, то хоть припудри, как говорила мадам Ипохорская. Хуже всего, когда синяки на морде. На ноге можно оправдать тем, что оступилась, ударилась, а следы на фейсе ничем не оправдаешь.

— У меня никогда не было синяков на лице, даже в детстве, расстроилась Лара.

— Не было — так будут, — с усмешкой заявила жестокосердная Алла. — Да ладно, не хнычь, подумаешь, делов-то! Хоть разок в жизни фингал поносить можно. Однажды был забавный случай. Я полезла открывать форточку, дергала её, дергала, а она ни в какую, — недавно окна покрасили, видно краска в щели попала. Потом поднатужилась да как рвану! Она распахнулась и мне как раз по глазу. Я с подоконника слетела, копчик зашибла, потом две недели сидеть не могла — синяк был на полметра, во всю мою необъятную задницу! Да копчик-то ладно, я его никому обычно не показываю, но морда! Фингал расплылся на пол-лица, а мне надо на работу. Самое смешное — никто не поверил официальной версии, все решили, что я с кем-то подралась. Поначалу пыталась переубедить народ, потом плюнула и гордо заявляла, что получила боевое крещение в пьяной драке. Все успокоились и сразу поверили. Представляешь — тому, что я сама себя форточкой зашибла, — никто не верил, а в том, что пьяная могу драться в кабаке, — никто даже не усомнился.