Лариса часто-часто задышала и вцепилась ногтями в ладони, пытаясь справиться с охватившим её страхом. В критических ситуациях на неё обычно вначале нападает столбняк. Если Натка войдет убивать, она замрет, как кролик перед удавом, не в силах сопротивляться или хотя бы позвать подругу на помощь…

«Господи, а ведь мы совсем забыли про окна! Пока мы с Алкой были на втором этаже, Натка могла распеленаться, спрыгнуть с подоконника на землю и спрятаться во дворе».

Лариса в страхе переводила взгляд с одного окна на другое. Гостиная угловая, огромная, целых четыре окна — два по одной стене и два по другой. В каком из них сейчас появится безумное Наткино лицо?!

В комнату медленно вползало серое утро. Хорошо, что они не включили свет. С улицы Натка ничего не разглядит. Лариса развернула кресло и села так, чтобы высокая спинка скрыла её. Но так не видно было окон, и стало ещё страшнее. Вдруг, пока она сидит спиной, Натка прилипла к стеклу, рассматривая, что творится в комнате?! Решив, что если она увидит в окне Наталью, то сумеет хотя бы крикнуть и разбудить подругу, Лара вернула кресло в прежнее положение.

Движения её немного успокоили. Присев за креслом, она заставила себя несколько раз присесть, не забывая поглядывать на окна. Потом медленно сосчитала до пятидесяти и страх немного отпустил.

«Что это я сама себя пугаю! — одернула она себя, чтобы почувствовать уверенность. — Нижний уровень окна примерно в полутора метрах от земли, а Наткин рост от силы 152–154 сантиметра. Только макушка будет видна. А если она что-нибудь подтащит к окну, то я это услышу и разбужу Алку. Зря я бросила на улице топорик, надо было подобрать. В самом крайнем случае можно было бы дать Натке по темечку, если она разобьет топором окно и полезет в комнату».

«Ага, и стать убийцей или виновницей черепно-мозговой травмы, пусть и в целях самозащиты?!» — ехидно поинтересовался внутренний голос.

«Нет, — ответила ему Лара. — Я не смогу поднять на не руку. Лучше уж Алку разбужу».

«Конечно, ты же типичная чистоплюйка, привыкла прятаться за спину подруги, — не унимался внутренний голос. — Вся грязная работа Алке, а ты вся в белом».

«Ладно, мы сами затеяли этот дурацкий эксперимент с гипнозом и повторением Наткиных действий. Я тоже хороша, соглашаюсь на все, будто у меня нет собственных мозгов».

«Теперь вы докопались до истины. И как — полегчало?» — ехидно поинтересовался внутренний голос.

Так, ведя с собой безмолвный диалог, Лара тревожно прислушивалась к звукам с улицы. Где-то заголосил петух, звякнуло ведро, видно кто-то пошел спозаранку кормить свою живность. Звуки с улицы немного успокоили.