Чтобы хоть как-то разбить лед, окружавший со всех сторон, он сказал, что хочет спуститься вместе с капитаном на бак, и был поражен — столь сильно изменился его голос.

Капитан не повернул к нему головы, никак не выказал, что услышал его. С таким же успехом можно было обращаться к мертвецу.

Рейкса ободрили слова, которые он вдруг услышал по рации:

— Мы в спецкаюте, сэр. Уже грузимся.

Капитан поднял передатчик и ответил:

— Очень хорошо.

Потом он подошел к Рейксу, встал перед ним, прищурив с презрением глаза, да так сильно, что они почти исчезли с его лица, произнес:

— Вам больше нет нужды околачиваться на моем мостике. Мы спустимся на палубу. — Он обернулся к капитану первого ранга: — Возьмите управление на себя, мистер Дормер.

— Слушаюсь, сэр.

— Держитесь этого курса и скорости.

Рейкс, теперь уже почти не в силах сдерживать свою ярость, сказал:

— Когда слитки будут на палубе, нужно выпустить две ракеты.

Не вымолвив ни слова, капитан протянул руку. Рейкс вложил в нее ракетницу и два патрона. Тот подошел к капитану третьего ранга:

— Когда первые слитки доставят на палубу, выпустите две ракеты с левого крыла мостика.

— Есть, сэр.

Капитан вернулся, прошел мимо Рейкса. Уже у порога он, не обернувшись, сказал:

— Ваши сигналы будут поданы.

Рейкс последовал за ним. Через каюты офицеров они вышли к главной лестнице, миновали клуб и опустились на первую палубу. Два-три пассажира с любопытством взглянули на них.

Двери лифта на первой палубе были уже открыты. Трое матросов под наблюдением вахтенного выгружали деревянные ящики. Рейкс и капитан прошли мимо них, не сказав ни слова. Рация в руке у капитана ожила, когда они переходили на правый борт вдоль кают-команды.

— Говорит капитан второго ранга. Первые ящики на палубе, сэр.