Хан молчал – рассуждения Ду не оставляли пространства для маневра.

– На самом деле ты каждый день заменял один карандаш другим. Как я уже сказал, ты взял карандаш Черныша и сточил его до огрызка, который удалось спрятать, потому что охранники искали гораздо более длинный. На следующий день ты взял четырехсантиметровый карандаш и вернул двухсантиметровый, утверждая, что два сантиметра ушло за рабочий день. Никто ничего не заподозрил. Ты ведь умеешь ловко управляться с чертежными инструментами. Итак, ты спрятал четырехсантиметровый карандаш. Потом ты просто продолжал делать то же самое, подменяя карандаши, каждый раз увеличивая длину на пару сантиметров. Шунь и Черныш сидели в одиночке десять дней, и примерно столько времени у тебя ушло, чтобы получить почти новый карандаш. Ты пронес его в камеру и спрятал в канализационной трубе унитаза. Отчасти для того, чтобы им воспользоваться, а отчасти – чтобы бросить тень на Черныша.

– Зачем мне подставлять Черныша? – запротестовал Хан. – Он ненавидел Шуня, поэтому, конечно, хотел его убить. А мне зачем его убивать? Мы хорошо ладили.

Ду рассмеялся.

– А почему вы хорошо ладили?

Хан снова замолчал. Пин и Шань уставились на Ду, размышляя. Шунь и Хан якобы были друзьями. В ночь, когда Ду раскрыл их секреты, Шунь начал вражду с Чернышом и подружился с Ханом.

Следующие слова Ду застали всех врасплох.

– Если б Шунь не ладил с тобой, он бы не умер. Из всех твоих сокамерников Шунь меньше всего заслуживал смерти. – Ду печально покачал головой. – Той ночью Черныш хотел его пытать. Когда Шунь молил тебя о помощи, ты кое-что сказал…

Пин хорошо помнил слова Шуня: «Братец Чжи, разве мы не друзья? Просто заступись за меня, братец Пин тебя послушает».

Ду увидел перемену на лице Пина и повернулся к нему.

– Ты разозлился, да? А ты не думал, почему Шунь вообще сказал такое?

Пин издал приглушенный звук: Шунь, должно быть, уже знал, кто такой Хан.

– После того, как Шунь произнес эти слова, – продолжил Ду, повернувшись к Хану, – ты вскочил и сунул ему в рот тряпку. Конечно, я насторожился. Тогда я начал задаваться вопросом, так ли ты прост, как кажешься. Сначала Шунь тоже ничего не знал, поэтому я стал вспоминать, когда он стал по-другому к тебе относиться. Помню, как он впервые назвал тебя «братец Чжи». Был субботний день. К нам приходили посетители. Мы вдвоем вернулись и сели во дворе, затем подошел Шунь. Меня он раздражал, поэтому я воспользовался предлогом, чтобы уйти, а ты втянулся в разговор. Я наблюдал за тобой издалека, и поначалу ты нервничал, потом расслабился. Тогда я решил, что Шунь тебя обаял, но позже я понял правду. Шунь узнал, кто ты на самом деле, и ты решил завязать дружбу, чтобы сохранить свой секрет. С тех пор Шунь считал себя под твоей защитой и стал задирать Черныша. Ты, наверное, пришел в ужас: доверить Шуню такую тайну – все равно что дать ребенку бомбу замедленного действия. Он-то в своей наивности просто хотел покрасоваться перед другими заключенными. В ночь убийства Шунь окончательно достал Черныша и мог в любой момент тебя выдать. Вот почему тебе пришлось его убрать.