Ло Фэй понимал чувства Хуа. Он тоже терпеть не мог Леопардовую Голову. Хотя Эвмениды, Хуа и Леопардовая Голова были преступниками, капитан относился к ним совершенно по-разному. Он задумался. Леопардовая Голова вполне мог получить смертную казнь – и по критерию преднамеренности преступления, и с точки зрения тяжести последствий.

– Если судья пойдет навстречу, я постараюсь это устроить. Мы позаботимся о том, чтобы Леопардовая Голова был осужден раньше вас.

Хуа кивнул.

– Спасибо.

Он верил, что Ло Фэй сдержит слово, поэтому тоже выполнил обещание.

– Если хочешь поймать Эвменид, присматривай за девушкой.

Ло Фэй нахмурился. Слишком мало информации.

– Я сказал девушке, что убийцу ее отца арестовали, однако у полиции нет против него улик, поэтому он получил только пять лет, – объяснил Хуа. – Эвмениды об этом знает, вот и сбежал. Теперь понимаете?

Ясно. Арест Ду Минцяна держали в тайне. Чжэн Цзя тоже не знала, пока Хуа не рассказал. Неудивительно, что он решился на побег.

Пока Ло Фэй обдумывал новые факты, Му Цзяньюнь терялась в догадках. Она поняла, что «девушкой», о которой они говорили, была Чжэн Цзя, дочь покойного Чжэн Хаомина. Однако она недоумевала, какое та имеет отношение к побегу Ду из тюрьмы.

– Хорошо, уводите, – велел Ло Фэй охраннику.

В дверях Хуа обернулся.

– Когда поймаешь его, не забудь зажечь благовония на моей могиле, чтобы я тоже порадовался.

Ло Фэй кивнул.

Едва дождавшись, пока Хуа и охранник уйдут, Му Цзяньюнь воскликнула:

– Вы снова таите от нас секреты, капитан Ло Фэй?

– В общем, да, – признался он. – Однако я попросил вас пойти со мной, потому что готов рассказать правду.

Му Цзяньюнь подняла бровь.

– Тогда вперед.

Ло Фэй указал на магнитофон.