Впрочем, это все в прошлом. Сегодня мы всей компанией летим в Союз. Олег ещё бледен и идёт без багажа, прикрывая локтем, раненный бок. Мы с Саней тащили сумки и чемоданы на тележках. Рядом с десантником пристроилась Анна, энергично шагал Адамян-младший, торопливо семенил коротенькими ножками маленький толстячок — сотрудник посольства.

Изначально я хотел нанять чартер в Москву, чтобы разместить десантника со всеми удобствами, но раненый товарищ узнал стоимость аренды бизнес-джета, составлявшую почти двести тысяч долларов и взбунтовался. Человеку, для которого сотня рублей три года назад являлась приличными деньгами, было дико слышать о таких тратах. Олег наотрез отказался лететь на частном самолете. Мы с Анной ругались с ним час, Саня мудро держал нейтралитет, предпочтя не лезть в наши передряги. Убедить десантника не вышло. Олег заявил, что ранение пустяковое, по касательной, а от потери крови он почти оправился, и нормально долетит на обычном самолете. Пришлось пойти ему навстречу.

Доехали до аэропорта на «чайке» с «дипломатическими» номерами, любезно предоставленной посольством. Американские власти выделили в сопровождение автомобиль полиции. Копы проводили нас до входа и вежливо распрощались. Дальше идти им не было смысла. В аэропорту хватало полиции и сотрудников других спецслужб, способных обеспечить нашу безопасность.

С багажными тележками мы лавировали между людскими потоками, продвигаясь к отдельной стойке для пассажиров первого класса. Майк и Анна, по моей просьбе, пристроились возле десантника, оберегая его от случайных столкновений с другими пассажирами.

Занятый своими мыслями, я не сразу заметил как плотная блондинка лет сорока пяти, с сумочкой за плечом, резко развернулась и двинулась вперед, оказавшись на моем пути. Она дернулась в сторону, попытавшись избежать столкновения, но каблук подвернулся, и дама упала на меня. Я успел оттолкнуть тележку, и мадам рухнула прямо в подставленные руки.

— Простите, мистер незнакомец, я ужасно неловка, — пробормотала женщина, повиснув на мне.

— Ничего страшного, бывает, — пропыхтел я, удерживая на весу плотную женщину.

Блондинка выбралась из моих объятий и приняла вертикальное положение. Поправила платье и с достоинством выдала:

— Ещё раз извините, и хорошей дороги.

— И вам всего доброго, откликнулся я.

Мадам кивнула, гордо развернулась и зацокала каблучками по плитке, уходя прочь.

Я пристально глядел вслед удаляющейся женщине. Таких совпадений не бывает. Две недели назад, именно её я видел на фотографии, показанной внучкой миллиардера. И сейчас, повернувшись ко мне спиной, к выходу шла Гретта, подруга матери Мадлен, бывшая актриса и фотомодель. Что бы это всё значило?!