Фитц изо всех сил сдерживал рвущийся наружу смех — продолжать дальше было просто невозможно. Им всем нужно было поспать. Даже Рейнуотер, который обычно жевал какие-то корешки, чтобы прогнать сон, выглядел совсем измученным. Перелет с Мартиники в Оман на их стареньком самолете мало способствовал расслаблению и отдыху. Мозги сильно перенапряглись, планируя операцию. Им необходимо было поспать. А в полдень они соберутся для последнего прогона плана операции.

До того как все полетело к черту, дела шли неплохо. Скрипучие дизели работали, по крайней мере их хватило на то, чтобы довести «Обайдаллу» до назначенного места в миле к северо-западу от острова. Они бросили якорь и потушили огни. Али приказал своему помощнику Абу сообщить по рации французскому офицеру, отвечающему за поставки продовольствия и других припасов, что они извиняются, «сэр, за опоздание», но у них проблемы с мотором. Он заглох, и им пришлось встать на якорь и разбираться, почему это случилось.

Абу сообщил сонному офицеру, что ремонт уже был почти закончен и что «Обайдалла» подойдет к доку в начале первого. Француз поверил его словам. Да и почему он должен был не поверить? Корабль ломался все время. Он пообещал послать в док двух рабочих дожидаться их прибытия.

Мыс Аррас вырисовывался на фоне темного неба подобно сфинксу. Стоя на палубе рядом с Хоком и Стокли Джонсом, капитан Али поднял к глазам бинокль и наблюдал, как патрульный катер скрылся за мысом Аррас. Первый помощник два или три раза засекал время прохода катера, получалось примерно час двадцать минут. Когда патрульный катер исчез за горизонтом, Али показал Хоку, что все чисто.

— Ладно, Сток, пошли поохотимся, — сказал Хок. Он посмотрел на часы. Они уже на три минуты отставали от плана. Мужчины быстро подошли к субмарине. Когда они проходили рулевую рубку, Алекс услышал тихие голоса. Парни натягивали свободные белые одежды поверх камуфляжной формы. И заменяли кепки на тюрбаны.

В доке Масары в такой час останутся только дежурные. Может, даже, если им повезет, лишь несколько сонных оманцев, помогающих со швартовкой, заправкой и разгрузкой. Они надеялись, что охранники у главных ворот не будут приглядываться к людям, разгружающим продовольствие. А автоматчики на башнях не заметят ничего необычного, когда «Обайдалла» войдет в док.

Фитц полагал, что, если Али и Абу будут говорить за всех, когда они сойдут на берег, и если его переодетые ребята продемонстрируют достаточное владение языком жестов, когда будут разгружать корабль, он сможет провести внутрь всех своих людей и пронести необходимое оборудование, не сделав ни единого выстрела. Такой у него был план.