Мария скользнула взглядом по стеклу, которое запотело от её дыхания, и увидела на нём странный рисунок, напоминающий детские каракули. Похоже, она настолько глубоко задумалась, что не заметила, как вывела его пальцем. Мария придвинулась чуть ближе.

– Да и на рисунок это не похоже, – подивилась она, разобрав в кривых линиях буквы.

«Спаси».

Графиня отпрянула от окна. Словно в тумане, она дошла до кровати и одним движением сдёрнула одеяло. Предчувствие, одолевшее её в столовой, больше не казалось надуманным. Мария хмыкнула, оглядывая подушки, которые мальчик использовал, чтобы обхитрить взрослых.

Графине едва удалось разбудить брата и рассказать о случившемся.

– Погуляет и вернётся, – отмахнулся Сергей, переворачиваясь на другой бок.

Подобная безответственность Марию не устраивала, особенно после того, как она скрепя сердце почти приняла решение взять мальчика к себе.

– Он ведь не знает окрестностей. – Почему ей приходилось разъяснять столь очевидные вещи? Помимо того что Илья мог заблудиться, он рисковал наткнуться на дикого зверя или капкан (этим летом их часто ставили на кротов, повадившихся разрывать огород). – Если сейчас же не отправишься за сыном, я лично позабочусь о том, что ты не только о детях, но и о женщинах думать не сможешь.

Так начались поиски Ильи.

Глава 2 Отказаться (,) нельзя (,) согласиться

Глава 2

Отказаться (,) нельзя (,) согласиться

Сегодняшний завтрак, как и любой другой, проходил в тишине. Златовласый мальчик с едва уловимыми проблесками рыжего молча и сосредоточенно размазывал вязкое варенье по свежеиспечённому ломтику хлеба. Он украдкой изучал строгий профиль читающей графини. Мария, не отнимая глаз от книги, произнесла:

– Хочешь попросить о чём-то?

Смущённый тем, что родственница начала разговор первой, Илья кротко кивнул. Однако, осознав, что Мария не видела его лица, как можно скорее добавил:

– В конце месяца в город прибывает столичный лекарь, он будет читать лекции для подростков. Я хотел бы… если можно… – Уверенный тон, которым Илья начал предложение, мгновенно угас.

Несколько озадаченно Мария опустила книгу, заглянув поверх страниц на раскрасневшееся личико племянника. «Лекарь, значит», – повторила она про себя, удивляясь, почему раньше не замечала у мальчика интереса к медицине.

– Как давно тебя занимает эта сфера?

– Примерно полгода назад я наткнулся на журнал. Тот лекарь ведёт специальные заметки для детей. Чтобы они, ну, в общем, могли следить за своей гигиеной и здоровьем, – выпалил Илья на одном дыхании.

– Весьма благородно. – Графиня освободила руки и всецело сосредоточилась на мальчике. В её планах, расписанных на несколько лет вперёд, наметилась брешь.

Марии думалось, что после обязательной и успешной военной службы Илья мог стать коллежским секретарём. Это позволило бы занять невысокую, но достойную должность. Медицинское же поприще требовало куда бо́льших усилий, времени и затрат. Понадобятся хорошие учителя, затем достойное учебное заведение: степень лекаря можно получить и окончив училище, однако ежели Илья серьёзен в своих намерениях, то ему, по крайней мере, необходима степень доктора медицины.

Графиня нахмурилась. Плохой сон и постоянные мысли об Ольге Платоновне преподнесли ей подарок в виде тупой пульсирующей боли в висках.

– Я бы не стал беспокоить вас по пустякам, – начал оправдываться мальчик, по-своему расценив угрюмый вид Марии.

– Хорошо, я выделю средства, чтобы ты смог посетить лекции этого лекаря.

Вопреки ожиданиям, её слова не обрадовали Илью. Печальный вздох, который мальчик постарался скрыть за покашливанием, удивил Марию. Разве она не верно поступила, признав его интерес? Безусловно, её сложно было назвать ласковой и нежной тётей. Она часто вела себя с ним холодно, а порой даже строго. Более искренней Мария бывала лишь с няней или Анютой хотя бы потому, что знала их дольше. Женщина и девочка присутствовали в тесном круге близких Марии бо́льшую часть её жизни. Они были гораздо старше Ильи, что упрощало общение в несколько раз.

– Говори же, что не так.

Мальчик знал, что Мария уважала прямолинейность, поэтому собрал всё своё мужество и сказал:

– Понимаете, я не могу пойти туда один. Необходимо ваше присутствие как опекуна.

«Так вот в чём дело», – наконец сообразила графиня. Если подумать, они почти не бывали вместе. Марии всегда казалось, что разговоры с ней приносили Илье лишь неудобства, а потому старалась не вмешиваться в его дела. Только недавно Анюта проговорилась о том, что мальчик втайне наблюдал за Марией, когда она подолгу сидела за бумагами. Впрочем, имелись и другие знаки, намекающие, что Илья не чурается её, а даже стремится перенимать некоторые черты характера. Взять хотя бы его излишнюю дисциплинированность.

«Разве ж нормально, чтоб дитё веселью предпочитало книги и сидение в четырёх стенах?» – жаловалась Надежда Никифоровна, когда Илья отнекивался от предложений поиграть.

Детство самой Марии трудно назвать беззаботным после свалившейся на неё ответственности, беспечные деньки попросту забылись. Оттого в серьёзности ребёнка графиня не видела ничего дурного. Но в глубине души, наблюдая за поведением отроков семей, приглашающих её на приёмы, или обычной ребятни на улице, она ощущала беспокойство. Возможно, стоило поощрять ребячливость и его детскую наивность?

– Я буду свободна в назначенный день, – наконец согласилась Мария, решив начать с малого: хоть изредка проводить с ним время.

Мальчик засиял и слегка заёрзал на стуле в попытке утихомирить бурю чувств, которую принесли за собой слова тёти.

* * *

По окончании завтрака графиня не спешила покидать столовую. Обменявшись с племянником обыденными любезностями, она продолжила чтение газеты. Быть в курсе последних новостей обязательно для хорошего медиума.

«Шляпки. Новый закон. Бал у Вишневских. Бла-бла-бла и прочая ерунда. – Графиня недовольно качала головой, не находя ничего полезного. Вдруг её глаза остановились на колонке Бессонницы-шутника. Уголки губ тут же поползли вверх. – Если где и ожидать чего-то провокационного, то только здесь».

Любопытно было ровно до тех пор, пока она не добралась до текста. Отступившая мигрень вернулась с удвоенной силой. Графиня задышала тяжело и часто, однако продолжила строчку за строчкой поглощать текст:

ЗАПИСКИ ЧЕСТНОГО СПЛЕТНИКАСпешу сообщить, что привычная для милого городка К. пора дождей этой осенью наступила раньше ожидаемого срока. Тёмные низкие тучи кружат над крышами наших домовъ. Вероятно, природа разгневана, но что же или, быть может, кто вызвал её немилость? Одна моя добрая подруга-сорока принесла на хвосте прелюбопытнейшую весть. Графиня Ельская, с недавних пор часто упоминаемая на наших страницах, похоже, заманила в свои «мистические» сети новую добычу. Право, ваш покорнейший слуга уже не знает, что и думать о впечатляющих уловках этой барышни. Ольга Платоновна Волкова, человек добрейшей души и честнейшего сердца, с воодушевлением поделилась подробностями спиритического сеанса, выражая надежду на дальнейшую помощь графини Ельской. Семья Волковых пережила безутешное горе. Трудно вообразить, что в мире существует человек, который способен разбередить рану, действуя из корыстных побуждений. И всё же я допускаю, что написанное здесь может быть опровергнуто. Признаться, мне бы этого очень хотелось. Часть меня, что менее строга к доводам разума, надеется на успех Марии Фёдоровны. На страже событий, ваш Бессонница-шутник

ЗАПИСКИ ЧЕСТНОГО СПЛЕТНИКА

Спешу сообщить, что привычная для милого городка К. пора дождей этой осенью наступила раньше ожидаемого срока. Тёмные низкие тучи кружат над крышами наших домовъ. Вероятно, природа разгневана, но что же или, быть может, кто вызвал её немилость?

Одна моя добрая подруга-сорока принесла на хвосте прелюбопытнейшую весть. Графиня Ельская, с недавних пор часто упоминаемая на наших страницах, похоже, заманила в свои «мистические» сети новую добычу.

Право, ваш покорнейший слуга уже не знает, что и думать о впечатляющих уловках этой барышни. Ольга Платоновна Волкова, человек добрейшей души и честнейшего сердца, с воодушевлением поделилась подробностями спиритического сеанса, выражая надежду на дальнейшую помощь графини Ельской.