– Тогда, если Тёрнер завернет МОН, тебе это будет на руку.

Эрик сел за свой стол. Скотт на секунду задумался. Потом сказал:

– Но я не представляю, как бы мы без них раскрыли дело Кинга.

– Получается, придется выбирать – МОН или Джейн. Кажется, напарник, выбор очевиден.

Скотт выразительно пожал плечами.

– О нет! – воскликнул Эрик. – Знаю я это твое лицо… Думаешь получить и то, и другое? Для парня, у кого минуту назад коленки тряслись, ты что-то чересчур расхрабрился.

– По-моему, Тёрнеру необязательно знать о потенциальном конфликте интересов.

– Нет, Скотт. Ты не знаешь, где у него глаза и уши. Эл-Эй – его город, не наш. Пока нет.

– Надо просто поменьше палиться. Мы это умеем.

– Но ты будешь рисковать своей работой.

– Нет, если «Тридцать два/один» будут помогать нам закрывать дела.

– Они не супергерои, – предупредил Эрик. – Хотя Стили на сто десять процентов горячая штучка.

– Так ты на моей стороне?

Эрик вздохнул.

– Разве надо спрашивать?

Скотт ответил широкой улыбкой.

3

3

Джейн сидела на краю кузова своего «Форда F-150», наблюдая за Митчем и офицерами полиции кампуса. Последние попросили антропологов передать сделанные фотоснимки непосредственно Департаменту полиции Лос-Анджелеса, чтобы избежать лишних проволочек, поэтому те остались дожидаться их приезда.

Однако взгляд Джейн раз за разом соскальзывал с Митча на толпу в отдалении. Было слишком поздно закрывать номерные знаки на их грузовике или отворачивать головы. Их наверняка уже сфотографировали на камеру, которую, по мнению Джейн, имел при себе убийца Джареда Стилсона. Если только это правда был Джаред Стилсон, а не Джон Доу, а убийца побывал в кампусе лишь один раз, чтобы закопать тело, а потом сбежал… куда? Ну, например, в Канаду.

Она покосилась на Стили – как бы та восприняла ее теорию?

– Ты что, пьешь таблетки счастья, о которых я не знаю?

– Просто стараюсь быть оптимисткой.

– Оптимизм – не особо полезное оружие в ситуациях вроде этой.

Они синхронно оглянулись на шорох гравия под колесами. К ним подрулил серый седан с государственными номерами, и из него вышли мужчина и женщина. Оба были без пиджаков, и полицейские жетоны у них на ремнях так и сверкали под солнечным светом.

Следующим подъехал белый фургон с надписью «Коронер» по борту, и из него начали выпрыгивать люди в защитных комбинезонах. Митч подошел их встретить, а потом указал на Стили и Джейн возле пикапа. Джейн сразу узнала Дженни Свитцер, та помахала им рукой, а потом наклонилась, слушая объяснения Митча. Свитцер была одним из двух судебных антропологов, сотрудничавших со службой коронера округа Лос-Анджелес.

Митч проводил новоприбывших к траншее, не остановившись поговорить с Джейн и Стили, однако через пару минут двое детективов направились по заросшему сорняками пустырю прямиком к ним. Обоим было слегка за сорок, но если женщина могла похвастаться стройностью и фигурой настоящего спецагента, то мужчина выглядел так, будто выбрал рубашку посвободнее и яркий галстук, чтобы скрыть недавно проступивший пивной живот. Они снизошли до того, чтобы снять перед Джейн и Стили темные очки, однако менее непроницаемыми их лица от этого не стали.

– Детектив Мэтт Уэст, – кратко представился мужчина. – Моя напарница, детектив Тереза Санчес. Убойный отдел.

Стили представила себя и Джейн. Санчес открыла маленький блокнот.

– Это вы осматривали тело?

– Ага, – подтвердила Стили. – Вот наши снимки. Тут все, что мы сняли.

Уэст взял стопку снимков и внимательно все просмотрел.

– Мы так поняли, вы сделали некоторые выводы?

– Не выводы, – поправила Джейн. – Просто наблюдения.

Санчес нахмурилась, глядя в свои записи.

– Но вы сказали декану, что это тело взрослого мужчины.

Джейн начинало казаться, что все выходит из-под контроля. Она как будто стояла перед судьей и оправдывалась за то, что было у Санчес в блокноте.

– Нет.

На ее суровый тон Санчес сразу же подняла голову:

– Нет?

– Мы сказали: вероятно, мужчины.

Ручка Санчес зависла над страницей.

– Что значит «вероятно, мужчины»?

Стили вмешалась; ее голос звучал чуть ли не легкомысленно по сравнению с суровостью Джейн:

– Это значит, что мы осмотрели тело поверхностно, и лишь те фрагменты, которые были нам доступны. То, до чего мы смогли дотянуться, точнее потрогать, обладало мужскими характеристиками. Но мы не знаем, что покажет полный осмотр.

Санчес кивнула.

– Поняла. Вы не можете быть уверены, что это мужчина.

Наблюдая за тем, как она делает очередные пометки, Джейн поняла, что детектив вовсе не пыталась прижать их, готовясь к будущему допросу в суде. Она хотела убедиться, что правильно понимает и, соответственно, сможет использовать их наблюдения.

Санчес снова подняла глаза на Стили.

– Далее, декан упомянул о возможности того, что это не криминальное дело, а археологическая находка, переодетая в современную одежду. Как вы относитесь к такому предположению?

– По-моему, это все равно преступление, – с улыбкой ответила Стили.

Уэст усмехнулся ее шутке, но Санчес продолжала смотреть, ожидая серьезного ответа. Отчего-то Джейн это рассердило, и она резко бросила:

– Тело одето в брюки с содержанием эластана, но это не единственная причина, по которой мы считаем, что его захоронили не раньше пяти лет назад. Оно еще в стадии разложения, и мы не заметили признаков деятельности личинок насекомых – соответственно, его захоронили свежим. Конечно, команда коронера может найти свидетельства обратного…

Стили подняла палец.

– Похоже, вы двое расспрашиваете нас про наши наблюдения – весьма ограниченные – по той простой причине, что Свитцер велела вам убираться подобру-поздорову с ее места преступления, не так ли?

Наконец-то Санчес улыбнулась – уголком рта – и сказала:

– Даже такой любезности мы от нее не дождались.

Стили хохотнула.

– Значит, вы уже работали с ней раньше…

Санчес большим пальцем показала на своего напарника.

– Она называет его Прилипалой.

– Ага, – кивнула Стили, глядя на Уэста. – Вот кто, значит, для нее детективы, слоняющиеся поблизости и мешающие судмедэкспертам делать свою работу…

Уэст рассерженно возразил:

– Я не собираюсь извиняться за то, что мне не все равно, что происходит на месте преступления, которое я буду расследовать. – Он перевел взгляд на Джейн. – Вернемся к вашим наблюдениям, как вы их назвали. Что вы все-таки увидели? И более человеческим языком, если можно.

Джейн ответила:

– Это молодой человек, вероятно, мужского пола, в возрасте от шестнадцати до, скажем, двадцати лет.

Санчес оторвала глаза от блокнота.

– Расовая принадлежность?

– Мы не можем ее назвать, основываясь на фрагменте останков.

– Рост?

Джейн улыбнулась.

– Так можно продолжать хоть до ночи, детектив. Дело не в том, что мы не знаем информации, которая вам нужна, – мы просто не можем вам ее предоставить.

Санчес наконец-то убрала свой блокнот в карман.

– А насчет причины смерти у вас предположения есть?

Стили ответила:

– Нет, но раз вы из убойного, такая возможность первая в списке.

Уэст кивнул.

– Тот факт, что труп не мог сам себя закопать, уже о многом говорит.

Стили едва не расхохоталась.

– Но вы ждете, что это скажет не он, а Свитцер.

Он указал на нее пальцем, словно Стили правильно угадала, и спросил:

– На случай, если в ближайшие дни у нас появятся к вам еще вопросы, вы не могли бы сообщить контактную информацию?

Джейн и Стили протянули детективам визитные карточки, те в ответ дали им свои.

Как только они отошли достаточно далеко, Стили обратилась к Джейн:

– Поверить не могу, что они не спросили, может ли это быть тело того студента.

– И очень хорошо, что не спросили, – сказала Джейн. Она поглядела на сильно поредевшую толпу зевак. Про тех, кто еще оставался у забора, можно было сказать, что они проявляют нездоровый интерес к работе коронера… «Если только это не студенты отделения судебной медицины», – подумала она.

– Но если тело правда Стилсона, – начала Стили, – а детективы даже не подумали о нем…

– Они наверняка подумали, Стили. Из Университета Лос-Анджелеса пропадали всего два студента, причем один – девушка. Остается Джаред Стилсон. – Джейн пошла к кабине, собираясь садиться за руль.

Стили запрыгнула на пассажирское сиденье.

– Но если они все-таки не подумали, мы, знаешь ли, должны им сообщить.

– Еще слишком рано.

– Чем раньше, тем лучше.

Джейн завела двигатель.

– Подумай про родителей Стилсона, Стили.

– А по-твоему, про кого я думаю? Тот факт, что мы не хотим, чтобы это оказался он, не превратит труп в другого человека.

Джейн понимала, что Стили права. Она включила заднюю передачу и посмотрела через плечо.

* * *

Младший наклонился влево и поглядел, как пикап сдает задом по гравию, а потом отъезжает, увозя в себе двух женщин. Полицейская машина без опознавательных знаков по-прежнему стояла на месте, и парочка, приехавшая на ней – детективы, как он понял, – направлялась назад к участку, где человечки в костюмах-саунах огораживали место преступления желтой лентой и устанавливали тент. Никто из этих людей его не интересовал. Они были всего лишь служащими организаций, выдавших им жетоны, и, по его опыту, их мотивация определялась размерами зарплаты.

Проблему представляли двое в пикапе. Эти стояли за свое дело. Их мотивация шла изнутри. Может, она порождалась чувством вины, может, научным рвением, а может, им просто нечем было больше заняться. Обе бездетные и не замужем – это он помнил. Теперь и не выйдут. Как и он не женится. Никогда. Никаких подвенечных платьев. Никаких свадебных фото. Никаких беременных животов.