Лаура собралась перевернуть страницу, но ей на глаза попалась незначительная сумма в пятнадцать евро. Она сделала пометку и перешла к расходам Лены Рейманн. Глаза горели от напряжения, но Лаура упорно проверяла одну позицию за другой. В случае с Леной Рейманн также нашлась аналогичная запись.
Лаура вздохнула и взяла документы на Паулу Маасен.
– Похоже, что без толку, – проговорила она задумчиво, но, не желая сдаваться, вернулась к электронной почте жертв и ввела в поисковую строку
Поиск выдал три соответствия; недоставало лишь Тамары Абаца – вероятно, преступник познакомился с ней несколько иначе. Лаура сразу насторожилась. Она узнала аптеку. Там работал Милан Цапке. Но почему сейчас он безучастно смотрит телевизор? Лаура внимательно просмотрела каждый заказ – и внезапно схватилась за голову.
– Проклятье! И как я о нем не подумала…
53
53
Их взгляды встретились, и впервые в жизни он проникся любовью. Это чувство так его одурманило, что он поднял Марину на руки и закружил. Она улыбалась и сияла, как принцесса. И почему он сразу ее не встретил? Сколько раз он приходил к ней, разговаривал – и все равно сомневался? Он верил в любовь с первого взгляда, но это был не его случай. Сердцу потребовалось больше времени, чтобы увидеть. Теперь он не понимал, почему вообще сомневался именно в ней. Осторожно поставил Марину на ноги, словно обращался с ценной, хрупкой вазой.
Марина чуть отстранилась и посмотрела на него.
– Почему ты меня запираешь? – спросила она неожиданно, и сердце его обратилось в ледяной ком.
– Я оберегаю тебя, – ответил он неуверенно. Ему не хотелось углубляться в эту тему. Он должен был запирать ее, иначе она сбежала бы.
– Я бы с удовольствием посмотрела дом, если можно. Обещаю, я не стану выходить. Мне здесь хорошо. Ты так добр ко мне… намного добрее, чем Саша.
Эти слова вновь вскружили ему голову. Теперь он понимал, почему многие люди сравнивают любовь с бабочками. По телу пробежала мелкая дрожь. Он закивал, не отдавая себе отчета.
– Но за дверь выходить нельзя, – сумел выговорить, хотя собирался сказать прямо противоположное.
Ей следовало оставаться в своей комнате. Но с языка у него больше не сорвалось ни единого слова. Он вдруг испугался, что разочарует Марину. Сознание спуталось, как клубок шерсти. Что творит с ним эта девушка?.. Ему вдруг вспомнился отец. Он точно так же смотрел на его мать.
– Прямо сейчас?
Марина вывела его из задумчивости. Он прогнал воспоминания и вновь сосредоточился на ней.
– Конечно, – проговорил он с трудом и отворил дверь.
Марина порывисто обняла его и поцеловала в щеку.
– Спасибо, – прошептала она.
Он почувствовал, как земля уходит у него из-под ног.
Казалось, он плывет по коридору… К счастью, Ева находилась в подвале. Туда он Марину не поведет, но покажет все остальные комнаты. Марина взяла его под руку. Сердце заходилось от счастья. В мозгу билась лишь одна мысль: «Я люблю тебя, Марина!»
54
54
– Похоже, это он, – взволнованно прошептала Лаура и поделилась с Тейлором своим открытием.
– То есть это вовсе не Милан Цапке, – заключил тот. Потом прочел все три электронных письма, которые Лаура вывела на экран.
– Почему я раньше об этом не подумала! – в сердцах воскликнула Лаура. – Женщина после побоев пытается скрыть синяки. Никто не хочет быть жертвой, и отрицать очевидное для нас вполне естественно. Это особенно часто происходит с теми, кто подвергается жестокому обращению. Поэтому многие женщины не обращаются в полицию. Не только из страха. Это разрушило бы их благополучную картину мира. Но что делать, если боль от побоев невыносима? – Лаура постучала по экрану. – Купить болеутоляющее. Но идти в аптеку они не хотят. Кто-нибудь может встретиться и заметить, что их бьют. Поэтому они заказывают таблетки с доставкой на дом… Господи! Ответ все время был на поверхности. – Лаура потрясенно покачала головой и зачитала вслух последнюю строку электронного письма. В каждом письме она звучала одинаково: «Благодарим за ваш заказ. Наш курьер Самуэль Машке доставит товар в течение дня».
Самуэль Машке. Лаура представила его лицо. Даже во время разговора с племянником аптекаря она ничего не заподозрила. Слишком зациклилась на Милане Цапке… При этом аптекарь сам сказал, что лекарства развозят несколько человек, а Самуэль занимается обработкой заказов.
– Я должна была догадаться! Уж во всяком случае, кода увидела планку с ключами в аптеке. Доступ к ним имел не только Цапке, а, в общем-то, любой сотрудник. В том числе Самуэль Машке, племянник аптекаря…
Лаура набрала номер Симона. Несмотря на поздний час, тот ответил без промедления.
– Можешь найти адрес Самуэля Машке? – попросила она и одновременно ввела имя в поиске браузера.
– Он проживает над аптекой вместе с дядей, – сообщил Симон через некоторое время. – Этот же адрес указан в телефонной книге.
– Неужели он держит Еву в аптеке? Там же столько народу! Сотрудники, посетители, поставщики… Если б он держал там поочередно четырех женщин, это определенно бросилось бы в глаза. К тому же Паула Маасен бежала по лесу… Но аптека находится посреди города. – Лаура ущипнула себя за мочку уха. – Посмотри, у Самуэля Машке или его дяди есть в собственности другая недвижимость?
– Попробую. Посмотрю для начала кадастр. И параллельно – старые телефонные книги. Раньше туда вносили всех, а наш аптекарь уже немолод… Возможно, так мы быстрее придем к результату.
– Хорошо, перезвони. А я пока подниму группу захвата.
55
55
Ева держала в руке бутылку воды. Жажда сводила с ума. Однако она что-то увидела в глазах похитителя. Странный блеск. Фрэнк порой смотрел так же, перед тем как ударить. Не стоило ждать от него ничего хорошего, и Ева боялась пить из бутылки. Возможно, там была вовсе не вода… Кроме того, она снова оказалась в темноте. Когда он ушел, свет снова пропал. Ева задавалась вопросом, почему Паула так и не привела помощь. Ей наверняка суждено умереть в этом подвале от голода или жажды… Когда-нибудь, через много лет, кто-то обнаружит ее истлевшие останки. Наверное, с течением времени ее не смогут даже идентифицировать. У нее не будет даже нормальной могилы. Если б она только глубже прорезала вены, мучения остались бы позади. Она была бы избавлена от всего этого. Об этом все узнали бы, и для нее нашлось бы место на кладбище.
Но теперь Ева не хотела умирать. Никогда прежде в ней не вспыхивало такой жажды жизни. Она горько плакала, но слез не осталось. Изможденное тело судорожно сжалось. Ева тихо заскулила.
Но вот рядом послышался какой-то шум. Ева подняла голову и стала всматриваться в темноту. Однако не смогла увидеть даже собственной руки.
Она снова что-то услышала. На этот раз отчетливее. Что это, чьи-то шаги?
Ева отставила бутылку и стала ощупью пробираться в темноте. Звук доносился снаружи. Если она все правильно запомнила, там располагалось заколоченное окно. Она двинулась на звук – и внезапно все затихло.
Ева сидела некоторое время без движения и прислушивалась. Затем вернулась в свой угол, превозмогая нестерпимую жажду.
56
56
Лаура двинулась вперед с пистолетом в вытянутой руке. Над головой шумели кроны деревьев, сквозь которые едва пробивался свет луны. Рядом с ней через подлесок Кёнигсвальда двигались Макс и Тейлор. Симон отыскал старую пустующую виллу, которая прежде служила пансионом и теперь принадлежала Самуэлю Машке. Тот унаследовал внушительное здание от родителей, но у него не было средств, чтобы привести его в порядок. И маленькая аптека его дяди, у которого он рос после смерти родителей, была слабым подспорьем. Лаура едва пробежала глазами трагическую историю семьи. Симон откопал в онлайн-архиве старую заметку о пансионе. Лаура хотела лишь спасти Еву Хенгстенберг и очень надеялась, что женщина еще жива.
Под ногой хрустнула ветка. Лаура прислушалась. Где-то поблизости, вероятно, скрывалась овчарка, которую следовало устранить при первом же контакте. В наушнике послышался треск. Группа захвата уже расположилась вокруг виллы. Местность предварительно осмотрели с прибором ночного видения. Кроме собаки, за пределами здания никого не было.
– На позиции, – прозвучало в наушнике.
Лаура двинулась к следующему дереву. Теперь дом был как на ладони. В одном из окон горел тусклый свет.
– Собака обезврежена, – сообщили по рации.
Лаура выдохнула. Ей не хотелось вновь столкнуться с озлобленной тварью. Операция, при которой Макса укусил пес и рана позже воспалилась, прочно врезалась ей в память.
К дому двинулась черная тень. Полицейский в маскировке готов был в любую секунду взломать дверь. Лаура не хотела пропустить этот момент.
– Проход открыт, – послышался тихий голос в наушнике.
Лаура преодолела последние несколько шагов до двери и скользнула внутрь вслед за полицейским. В коридоре командир подразделения знаками отдал распоряжения. Лаура с Максом и еще двое полицейских последовали наверх. Он сам вместе с Тейлором должен был осмотреть первый этаж. Лаура вслед за Максом стала подниматься по лестнице, оба держались вплотную к стене. Старые доски скрипели при каждом шаге. Лаура чуть помедлила и прислушалась, перешагивая с одной ступени на другую.
Ничего.
Дом стоял погруженный в тишину.
На втором этаже Лаура остановилась, посмотрела вправо-влево. Перед ними простирался длинный коридор, по обе его стороны были раскиданы двери. Полицейский двинулись влево, Лаура и Макс – в противоположную сторону. Напарник направился в самый конец коридора, в то время как Лаура осталась позади. Свет горел в комнате где-то в средней части дома. Вероятно, там находился Самуэль Машке. Лаура выключила налобный фонарь и посмотрела, из-под какой двери пробивается свет. Затем вновь зажгла его и неслышно прокралась к третьей по счету комнате. Медленно повернула дверную ручку. За спиной что-то скрипнуло. Лаура оглянулась, но ничего не увидела. Затаив дыхание, заглянула в приоткрытую дверь. На кровати лежали несколько подушек и аккуратно сложенное голубое покрывало. У стены напротив стоял туалетный столик. Рядом – еще одна дверь. Лаура скользнула в комнату и огляделась, прежде чем приблизиться ко второй двери. Она прислушалась, после чего медленно открыла ее. В ванной тоже никого не оказалось. Пахло мылом, как если бы кто-то недавно принимал душ.