— Почему вы так говорите?

Мистер Мёрчисон поколебался несколько мгновений.

— Она лежала в неестественной позе. Ее ноги не касались земли, и я подумал, что ее, должно быть, подняли на стол.

— Пожалуйста, если можете, опишите, что вы увидели.

— Очень много крови. Ее юбки были задраны, интимные части изуродованы. Я осмотрел ее, ища признаки жизни, но она была мертва. Только тут я заметил, что у нее раскроен затылок. Я опустил юбки, чтобы прикрыть ее срам.

— Что вы сделали потом?

— Я пошел к двери, решив помешать войти туда кому-нибудь еще.

Потом мистер Мёрчисон описал, как организовали перемещение тел в сарай и как, перенося их, в задней части комнаты нашли в полумраке Кэтрин Маккензи, мать покойного. Ее забрали в дом Мёрчисонов, «совершенно повредившуюся в уме», и о ней позаботилась его жена.

Мистер Гиффорд перешел к мотивам убийств. Кеннет Мёрчисон описал собрание, на котором было принято решение о компенсации за убийство барана Лаклана Маккензи.

Мистер Гиффорд:

— Компенсацию установили в размере тридцати пяти шиллингов?

Мистер Мёрчисон:

— Да.

— Почему сошлись именно на такой сумме?

— Такую цену дали бы за животное на рынке.

— Сумму потребовал покойный мистер Маккензи?

— Сумму предложил Калум Финлейсон, который в то время был констеблем наших деревень.

— Мистер Маккензи согласился с этой суммой?

— Согласился.

— И мистер Макрей, отец обвиняемого, тоже согласился с этой суммой?

— Да.

— И мистер Маккензи потребовал, чтобы сумму выплатили немедленно?

— Нет.

— Какие соглашения были достигнуты насчет выплаты компенсации?

— Было условлено, что сумму будут выплачивать по одному шиллингу в неделю.

— Из уважения к напряженной финансовой ситуации семьи Макрей?

— Да.

— Мистер Макрей выполнил свои обязанности касательно выплат?

— Полагаю, он пытался их выполнить, но, может быть, платил нерегулярно.

Лорд судья-клерк:

— Вы знаете, выплатили сумму целиком или нет?

— Я не знаю, но мне известно, что мистер Макрей не имел больших доходов, и эти платежи были для него очень обременительны.

Мистер Гиффорд продолжал:

— Однако соглашение было полюбовным?

— Я бы не назвал его «полюбовным».

— Однако вы заявили, что и мистер Макрей, и мистер Маккензи приняли предложение констебля.

— Да, предложение было принято, но Лаклан Брод ясно дал понять, что не удовлетворен.

— В каком смысле?

— Он считал, что в придачу следует наказать мальчика.

— Под «мальчиком» вы имеете в виду подсудимого, которого здесь видите?

— Да.

— И какое именно наказание он предложил?

— Я не припомню, но он ясно дал понять, что хотел бы увидеть, как мальчика накажут.

— Несмотря на компенсацию, которую сочли приемлемой обе стороны?

— Да.

Мистер Гиффорд помолчал и вопросительно поднял брови, но свидетель ничего не добавил.

— Будет ли справедливым сказать, что мистер Маккензи и мистер Макрей не были лучшими друзьями?

— Да.

— И вражда между ними, если я могу ее так назвать, предшествовала инциденту с бараном?

— Да.

— Так как же разгорелась эта вражда?

Мистер Маккензи развел руками.

— Понятия не имею. — Он надул щеки и озадаченно выдохнул. — Мистер Макрей жил на своем конце деревни, а мистер Маккензи — на своем.

Мистер Гиффорд как будто согласился не настаивать на этом вопросе.

— Тем не менее было достигнуто соглашение, из-за которого мистер Макрей остался в долгу у мистера Маккензи? — спросил он.

— Да.

Потом мистер Гиффорд начал задавать вопросы о процедуре избрания Лаклана Брода на пост деревенского констебля.

Мистер Гиффорд:

— Будет ли справедливым сказать, что эта роль не была популярна в вашей общине?

Мистер Мёрчисон:

— В каком смысле?

— В том смысле, что члены вашей общины не добивались данного поста?

— Я бы сказал, что да.

— Тогда вы, наверное, были довольны, что мистер Маккензи взвалил на свои плечи это бремя?

Мистер Мёрчисон не ответил.

Мистер Гиффорд:

— Вы были недовольны?

— Я не был ни доволен, ни недоволен.

— Но разве вы и некоторые другие члены общины не предприняли энергичные меры, чтобы найти альтернативного кандидата в противовес мистеру Маккензи?

— Некоторые меры были предприняты.

— Почему вы решили, что нужно так поступить?

— Казалось неправильным, что мистера Маккензи изберут без оппозиции.

— Это была единственная причина?

Кенни Смок несколько мгновений колебался, прежде чем ответить:

— Бытовало мнение, что мистер Маккензи может воспользоваться властью для достижения собственных интересов.

— Вы имеете в виду — властью, которую дает пост деревенского констебля?

— Да.

— И он действительно так поступал?

— До известной степени.

— До какой именно степени?

— Он наслаждался своей властью над общиной.

— Вы не могли бы выразиться точнее?

— Он составил план работ, в соответствии с которым люди общины были обязаны трудиться определенное количество дней.

— Какую цель преследовал данный план работ?

— Общее улучшение дорог и дренажных канав вокруг деревень.

— Преследовал ли этот план, как вы его называете, его личные интересы?

— Не напрямую.

— Не напрямую?

Мистер Мёрчисон не ответил.

Мистер Гиффорд продолжал:

— Приносили ли эти улучшения пользу всей общине в целом?

— Да, приносили.

— Итак, мистер Маккензи составил план улучшений, которые шли на благо общине, и люди общины вносили свой трудовой вклад согласно данному плану?

— Да.

— И вы описываете это как преследование мистером Маккензи его личных интересов!

Тут мистер Гиффорд недоуменно посмотрел на присяжных.

— Теперь, — продолжал он, — если я могу обратиться к другому инциденту, было бы справедливым сказать, что вашей общине не хватает пахотной земли?

— Она не в изобилии.

— И как распределяется земля?

— Каждая семья имеет свой риг.