"Дорогая Мария, сегодня исполняется ровно семь месяцев со смерти Дмитрия. Хочу поблагодарить вас и вашу команду за то, что довели его дело до конца. Дмитрий был бы горд узнать, что его открытие спасло планету. Вы все стали героями не только канадскими или российскими, но планетарными. Спасибо от имени всех учёных мира. Александр Петров."

Глава 17. Возвращение в мир.

Глава 17. Возвращение в мир.

Год спустя после событий на станции "Аврора" мир действительно изменился, но не так, как ожидали многие. Мария Каллен стояла в своём новом кабинете в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке, изучая глобальную карту климатических изменений. Красные зоны, обозначающие критические области, покрывали почти треть планеты. Несмотря на все усилия международного сообщества за прошедший год, ситуация продолжала ухудшаться.

«Мария, у нас проблема,» – сказал вошедший в кабинет Томас Грин. Бывший геолог станции "Аврора" теперь возглавлял департамент глобального климатического мониторинга. – «Данные из Австралии показывают аномальное повышение температуры океана. Плюс четыре градуса за последние три месяца.».

«Это в пределах прогнозов?».

«Нет. Даже наши самые пессимистичные модели не предсказывали такой скорости изменений.».

Мария нахмурилась. За год работы в должности Специального представителя ООН по климатическому восстановлению она привыкла к плохим новостям. Но каждый раз они всё равно били по нервам.

«Есть объяснения?».

«Возможно, мы недооценили ущерб, нанесённый полувековой фальсификацией данных. Операция "Белая Земля" не просто скрывала изменения климата – она активно мешала принятию необходимых мер.».

«А что говорят климатологи?».

«Профессор Петров из Москвы считает, что у нас есть максимум пять лет для кардинального сокращения выбросов. После этого изменения станут необратимыми.».

Пять лет. Когда год назад обнародовали истинные климатические данные, учёные говорили о 10-15 годах. Каждый месяц прогнозы становились всё мрачнее.

В кабинет вошла Сара Митчелл, теперь возглавлявшая программу международной климатической кооперации.

«Мария, срочное сообщение от Лиама. Он обнаружил что-то странное в системах мониторинга.».

«Какого рода странное?».

«Несколько станций в разных частях света одновременно перестали передавать данные. Причём это не технические сбои.».

У Марии екнуло сердце. За прошедший год они создали глобальную сеть из 5000 автоматических климатических станций – проект, финансируемый фондом Билла Гейтса. Система была спроектирована так, чтобы исключить человеческое вмешательство и предотвратить новые попытки фальсификации данных.

«Что значит "не технические сбои"?».

«Лиам говорит, что станции отключились в определённой последовательности. Сначала те, что находятся в наиболее критических точках – Арктика, Антарктида, тропические леса. Это выглядит как целенаправленный саботаж.».

Мария почувствовала знакомое ощущение тревоги. Год назад, когда арестовали последних членов "Совета Двенадцати", все думали, что операция "Белая Земля" окончательно уничтожена. Но что, если остались другие игроки?

«Где сейчас Лиам?».

«В центре мониторинга в Женеве. Пытается восстановить связь со станциями.».

«Я лечу к нему. Томас, Сара, собирайте команду. Если кто-то пытается саботировать климатический мониторинг, нам нужно это остановить.».

Через четыре часа Мария была в Женеве, в подземном центре управления глобальной системой климатического мониторинга. Лиам О'Коннор, полностью восстановившийся после травм, сидел перед батареей мониторов, на которых красные точки показывали отключившиеся станции.

«Мария, хорошо, что ты приехала,» – сказал он, не отрываясь от экранов. – «Ситуация становится критической. За последние шесть часов мы потеряли связь ещё с тридцатью станциями.».

«Что показывает анализ?».

«Все отключившиеся станции объединяет одна особенность – они находятся в местах, где фиксировались самые быстрые климатические изменения. Кто-то методично лишает нас данных из наиболее важных точек планеты.».

Мария изучала карту на большом экране. Красные точки образовывали тревожную картину – словно кто-то специально ослеплял человечество в критический момент.

«А есть ли способ восстановить связь?».

«Теоретически да. Но для этого нужно физически добраться до каждой станции. А многие из них находятся в труднодоступных местах – посреди океана, в Арктике, в горах.».

«Сколько времени займёт восстановление?».

«При нынешнем темпе отключений – мы не успеем. Каждый день теряем новые станции быстрее, чем восстанавливаем старые.».

В этот момент в центр управления вошли остальные члены команды "Аврора" – Томас, Сара и Ханна Эриксен, которая теперь руководила программой общественного просвещения по климатическим вопросам.

«Что у нас есть?» – спросила Мария.

«Плохие новости и очень плохие новости,» – ответил Томас. – «Начну с плохих. Анализ данных показывает, что отключения станций не случайны. Кто-то имеет точную информацию о местоположении наиболее критичных точек мониторинга.».

«А очень плохие?».

«За последние три месяца несколько климатологов в разных странах получали угрозы. Их предупреждали, чтобы они "не слишком драматизировали" климатическую ситуацию.».

У Марии по спине пробежал холодок. «Это похоже на возрождение операции "Белая Земля".».

«Или на появление её преемника,» – добавила Сара. – «Возможно, пока мы боролись с "Советом Двенадцати", кто-то создавал новую структуру.».

Ханна достала планшет с последними сводками новостей. «А вот ещё одна тревожная тенденция. В нескольких странах климатические скептики вдруг стали получать много времени на телевидении. Они утверждают, что данные о потеплении преувеличены, а экстренные меры вредят экономике.».

«Но мы же доказали подлинность климатических данных год назад!».

«Доказали. Но теперь появились новые "эксперты", которые говорят, что наши доказательства были сфабрикованы. Они используют отключение станций мониторинга как аргумент в пользу ненадёжности всей системы.».

Мария поняла гениальность плана. Саботировать систему мониторинга, а затем использовать сбои как доказательство её несостоятельности. Заставить общественность усомниться в тех самых данных, за которые год назад погиб Дмитрий Волков.

«У нас есть подозреваемые?».

«Несколько,» – ответил Лиам. – «Во-первых, те нефтяные корпорации, которые не были напрямую связаны с операцией "Белая Земля", но потеряли миллиарды из-за её разоблачения. Во-вторых, некоторые правительства, которым не выгодны жёсткие климатические меры.».

«А в-третьих?».

«В-третьих, возможно, существует организация, которая превосходит "Совет Двенадцати" по масштабам и влиянию.».

Эта мысль была особенно пугающей. Если "Совет Двенадцати" с их миллиардами и политическими связями был лишь частью более крупной структуры.

«Что предлагаете делать?».

Томас указал на карту мира. «Нужно разделиться. Я и Лиам займёмся восстановлением критически важных станций мониторинга. Сара проследит финансовые потоки – кто платит климатическим скептикам. Ханна изучит информационную кампанию против климатических данных.».

«А я?» – спросила Мария.

«Ты делаешь то, что умеешь лучше всего. Расследуешь. Находишь, кто стоит за новым заговором, и разоблачаешь его.».

План был разумным, но Мария чувствовала, что времени у них катастрофически мало. Климатические изменения ускорялись, система мониторинга разрушалась, а общественное мнение начинало поворачиваться против экстренных мер.

«Хорошо. Но на этот раз мы действуем более осторожно. Год назад нам повезло выжить и разоблачить заговор. Но враги стали умнее и осторожнее.».

Следующие две недели команда работала круглосуточно. Лиам и Томас отправились в Арктику восстанавливать отключённые станции, Сара углубилась в финансовые базы данных, Ханна анализировала информационные кампании в СМИ.

А Мария начала расследование с того места, которое казалось ей наиболее перспективным – с тюрьмы в Гааге, где содержались осуждённые участники операции "Белая Земля".

«Мистер Блэк,» – сказала она, сидя напротив бывшего координатора заговора в посетительской комнате, – «у меня для вас интересные новости.».

Блэк постарел за год заключения. Седые волосы, глубокие морщины, потухший взгляд. Человек, который год назад казался всемогущим, превратился в обычного пожилого заключённого.

«Какие новости, детектив?».

«Кто-то продолжает вашу работу. Саботирует климатический мониторинг, подкупает учёных, манипулирует общественным мнением.».

«И что это меня касается? Я в тюрьме.».

«Меня интересует, знаете ли вы, кто это может быть. Операция "Белая Земля" была слишком масштабной, чтобы ограничиваться только "Советом Двенадцати".».

Блэк долго молчал, изучая её лицо.

«Детектив, вы думаете, что год назад раскрыли главный заговор. Но мы были только исполнителями.».

У Марии учащённо забилось сердце. «Что вы имеете в виду?».

«"Совет Двенадцати" создавал и финансировал операцию "Белая Земля". Но они получали указания сверху. От людей, имена которых никогда не фигурировали в наших документах.».

«От кого?».

«От тех, кто действительно управляет мировой экономикой. Не отдельные миллиардеры или корпорации, а система. Переплетение банков, фондов, правительственных структур, международных организаций.».

«У вас есть доказательства?».