– Вы всё равно не убежите! – крикнул он нам вслед, но уже не так уверенно.
Петляя, мы мчались по проходам – слишком быстро, я не могла сориентироваться. И вот я увидела обычную кирпичную стену. Это конец лабиринта! Но он ещё так далеко! А если Максвелл застанет нас в этом коридоре, то мы будем у него как на ладони.
– Стоп! – крикнула я.
Лиам и Брианна затормозили. Мы слышали, что Максвелл приближается.
– Что ты делаешь? – спросила Брианна. – Он же сейчас нас догонит!
– Вот именно. А нам нельзя ему попадаться. Дай мне пистолет.
– Что?! – заорал Лиам. – Агата, ты что, собралась его
– Давай его сюда!
Брианна протянула мне пистолет. Он был холодный и тяжёлый. Раньше я никогда не держала в руках оружие, но читала достаточно, чтобы знать, как нужно стрелять. Шаги звучали совсем рядом…
– Назад! – крикнула я друзьям. Ухватившись обеими руками за рукоятку, я прицелилась в нижний ящик ближайшего ряда и выстрелила.
Меня отбросило назад, как от удара кулаком в грудь, но я стреляла снова и снова. Отовсюду сыпался сахар, начали ломаться доски. Наконец у меня кончились патроны: я с силой нажимала на спусковой крючок, но слышала только щелчки. На секунду я подумала, что мой расчёт оказался неправильным, но потом один из ящиков затрещал. Он стоял в самом основании огромного штабеля, белого утёса, возвышавшегося надо мной. И вот гора из ящиков накренилась.
Уже разворачиваясь, чтобы бежать дальше, я увидела, как из-за угла появился Максвелл. Он прицелился. Я побежала. И тут за моей спиной раздался грохот, похожий на раскат грома. Оглянувшись, я увидела, как белые утёсы сходят лавиной, как ящики разлетаются в щепки. По каньону понеслась сахарная пыль, обгоняя меня, обволакивая приторным удушливым облаком. Кашляя и не видя ничего перед собой, я бежала дальше, пока не добралась до того места, где меня ждали Лиам и Брианна.
– Агата, ты цела? – хором спросили они.
– Вроде да…
Я всё еще отплёвывалась, но здесь было уже меньше сахарной пыли. Мышцы рук ныли после выстрела. Я оглядела себя: белая, как привидение, с ног до головы обсыпанная сахарной пудрой. Заглянув в лабиринт, я увидела облако пыли, грибом поднимающееся к потолку.
– Это было круто! – выдохнул Лиам.
Я улыбнулась ему:
– Ты поступил очень храбро. Он ведь мог тебя убить!
– Не напоминай, а то я упаду в обморок, – ухмыльнулся он. – Ты думаешь, он…
– Так или иначе, некоторое время мы его не увидим. Но нельзя терять ни минуты, надо выбираться отсюда.
Я огляделась. Мы дошли до края лабиринта, но оказались совсем не в том месте, откуда заходили. Наоборот, мы ещё глубже забрались в логово Максвелла и очутились в другом конце помещения. Прямо перед нами был лифт.
– Похоже, других вариантов нет, – сказала Брианна.
– Тогда вперёд.
Я нажала на кнопку, и мы затаили дыхание. Через несколько секунд перед нами открылись двери лифта. Мы вошли в пустую кабину, и я посмотрела на кнопки. Этажей выше предусмотрено не было, имелись только кнопки «1» и «-1». Поскольку мы были на первом этаже, то я нажала вторую. Двери закрылись, мы начали спускаться.
Мы молчали, но по лицам моих друзей было видно, что они думают о том же, о чём и я. Мы надеялись, что в тот момент, когда двери откроются, нас не встретит ещё один человек с пистолетом. Прошла минута, и я поняла, что мы опускаемся намного глубже, чем на один этаж вниз. Лифт двигался быстро и, похоже, не собирался сбрасывать скорость. На секунду я подумала, мы в западне: лифт так и будет падать, набирая скорость, пока мы не разобьёмся в лепёшку о дно шахты. Но в конце концов движение замедлилось, и мы плавно остановились. Я услышала, как выдохнул Лиам. Двери разъехались.
– Что за… – начала Брианна, но не закончила.
– Где это мы? – спросил Лиам.
После ослепительной белизны сахарного лабиринта глазам понадобилось несколько секунд, чтобы привыкнуть к темноте. Оглядевшись, я поразилась размерам помещения, в котором мы оказались. Это была пещера, вырубленная в толще земли. Прямо перед нами – частично выкопанная из земли, будто какой-то странный гроб, – лежала исполинская бетонная труба.
Темзенское водопроводное кольцо.
С потолка пещеры свешивалась сложная система труб и кранов, заканчивающаяся серебристой трубкой, которая, как игла, вонзалась в Кольцо. Вот оно что! Вот и доказательство того, что мои подозрения верны.
– Что тут происходит? – спросила Брианна.
– Это, – показала я на систему труб, – то место, откуда взялись водоросли. Отсюда им поступает пища – чистый сахар, который закачивают в водопровод…
Я ждала её восхищённого ответа, как вдруг чья-то рука зажала мне рот тряпкой. Я ахнула от неожиданности и почувствовала сладковато-противный запах – хлороформ. Всё вокруг закружилось, звуки отдалились, как будто доносились из другого конца коридора. Я попыталась задержать дыхание, но меня слишком крепко схватили, и пришлось вдохнуть снова… Я услышала знакомый голос с шотландским акцентом:
– Не рыпайся, а то шею сломаю.
А потом меня поглотила темнота.
13. Там, где никто тебя не услышит
13. Там, где никто тебя не услышит
Когда я пришла в себя, то обнаружила, что сижу на полу, прислонившись спиной к чему-то вертикальному – вероятно, к железной трубе. Через пару мгновений я вспомнила о Максвелле и о тряпке с хлороформом. Спине было холодно, и этот холод проникал через пиджак, растекаясь по венам. Я услышала голос Максвелла:
– Вы двое, спиной к трубе. Руки не прятать. Не забывайте вот об этом. – Я различила звук взводимого курка.
Притворяясь, что я всё ещё без сознания, я приоткрыла один глаз и увидела, что Максвелл снимает с пояса две пары наручников. Его чёрный костюм теперь был в сахарной пыли, волосы и лицо казались прозрачными. Он приковал Лиама и Брианну к металлической опоре, поддерживающей Кольцо. Они не сопротивлялись. На этот раз всё было не так, как в сахарном лабиринте, – бежать некуда, спрятаться в этом огромном пустом пространстве негде. Во внешнем мире о нём никто не знает. Никто никогда не найдёт нас здесь.
Пока Максвелл занимался моими друзьями, я услышала шаги позади себя и поскорее зажмурилась.
– Привет, как это вы сюда попали? – Голос был мужским. Видимо, это один из приспешников Максвелла. Он потрогал меня носком ботинка и заметил: – Да она спит!
– Спасибо за это тонкое наблюдение, – язвительно ответил Максвелл.
– Извините, сэр. Я к тому, что им ведь сюда нельзя, правда?
О ком это он? Я затаила дыхание, надеясь услышать больше, но Максвелл только ответил:
– Значит, нужно сделать так, чтобы он об этом не узнал. Ясно?
– Да, сэр, конечно… Но ведь… они же совсем дети.
– Ты думаешь, ему есть до этого дело? – прорычал Максвелл.
– Нет, сэр. Конечно, нет.
Я продолжала притворяться спящей. Хоть бы мои руки перестали трястись – это может меня выдать! Как же сложно сохранять неподвижность и не дрожать от холода и страха. Я представила, как моё тело будет лежать на полу в этой пещере и гнить в темноте. Как папа всю оставшуюся жизнь будет искать меня и никогда не узнает правды.
– Она под снотворным, но скоро очухается, – сказал Максвелл более благодушным голосом. – Привяжи её, пока я разберусь с этими двоими. Верёвки вон там.
Я прищурилась, чтобы посмотреть, что он делает, – оказалось, сидит на корточках на земле, шарит в карманах у Лиама и Брианны, достаёт мобильные, ножики и всё, что могло бы помочь нам выбраться отсюда. Второй мужчина подошёл ко мне с мотком верёвки. Я снова закрыла глаза, мучительно пытаясь что-нибудь придумать, но из-за хлороформа мой мозг отказывался работать, и я не чувствовала ничего, кроме тошноты. Я сглотнула желчь. Если меня стошнит, никто не поверит, что я валяюсь без сознания…
С другой стороны, если меня стошнит, то это и будет как раз тот самый отвлекающий маневр, который мне нужен. Приспешник Максвелла снова потыкал меня носком ботинка. Потом присел на корточки, приматывая верёвкой мои запястья к трубе. Тогда я приподнялась, и меня вырвало прямо ему на рубашку.
– Ах ты ж!..
Он отшатнулся, вскочил, пытаясь скрыться от потока моего полупереваренного завтрака, и я ударила его обеими ногами, чтобы он потерял равновесие. Он вскрикнул, упал, ударился головой о бетонный пол и остался лежать, постанывая. Минус один.
Максвелл отвлёкся на шум, бросил Лиама с Брианной и подбежал к нам.
– Что случилось?
Я снова закрыла глаза и прикинулась бездыханной. Если он сейчас раскусит меня, мне конец. Но мой план сработал – Максвелл бросил на меня небрежный взгляд, потом сел на корточки рядом со своим приспешником, который, похоже, потерял дар речи.
– Поднимайся, слабак.
Пистолет был в его руке. Мне было его не достать. Тогда я вскочила и врезалась всем телом в Максвелла, сбив его с ног. Он выпустил оружие, и оно упало куда-то под Кольцо. Максвелл сильно ударился, а вот мне было не так больно, потому что я упала на него.
Я мигом сориентировалась и поползла на четвереньках к пистолету, но Максвелл быстро пришёл в себя. Стоило мне протянуть руку к оружию, как он схватил меня за правую лодыжку и дёрнул. Я шлёпнулась на пол, быстро задышала и секунду просто валялась на полу, не в силах что-либо предпринять. Потом я услышала крики Лиама и Брианны. Что именно они кричали, я не поняла, но они меня подбадривали. Я дёрнула ногой назад и, видимо, попала Максвеллу по лицу, потому что он заорал от ярости.