Светлый фон

Лондон, как будто больной пациент, ободрённый словами врача «Вы ещё больны, но скоро поправитесь», послушно ждал исцеления.

Исцеления от доктора Максвелла.

 

 

В школе не было никакого специального собрания перед началом дня, но зато у входа снова раздавали бесплатные бутылки «Альфа-Аквы». Некоторые отказывались её брать, утверждая, что им уже везут с континента воду из швейцарских горных родников.

– Гадость какая, – сказал один из мальчиков. – Нет, ну кто захочет пить воду, сделанную из той, что вытекла из унитаза Хлои Симпкинс?

Все заржали. Хлоя, которая как раз проходила мимо, покраснела как рак. Я взяла её под руку и провела сквозь толпу.

– Не обращай на них внимания, – сказала я ей достаточно громко, чтобы все услышали. – Их эксклюзивная родниковая вода, скорее всего, профильтрована через коровьи лепёшки.

Она слабо улыбнулась – мы как раз подошли к её классу.

– Спасибо, Агата.

– Без проблем. Увидимся.

Я пошла в свой класс, игнорируя болтунов. Достав учебник по биологии, я положила его на стол и притворилась, что читаю. Сама же перебирала в уме происшествия прошедшей недели, пытаясь установить хоть какую-то связь между имевшимися фактами. Но пока всё без толку… Я словно бродила в лабиринте и никак не могла найти выход.

Мне пришлось прервать свои мысли, потому что кто-то опустился на стул рядом со мной. Я ожидала увидеть Лиама, но это оказался Берни Сиповиц со своей неизменной чёрной книжечкой и вороватым видом.

Берни – маленький, веснушчатый паренёк, который носит красные подтяжки, точно такие же, как у отца. Папа Берни работает на Лондонской бирже и надеется, что сын пойдёт по его стопам. Но Берни больше интересуют ставки на скачках, чем цены на нефть. При помощи своей чёрной книжечки он организовал в Сент-Риджисе тотализатор. Хотите поставить на счёт футбольного матча, исход реалити-шоу или имя очередного королевского младенца? Тогда вам к Берни.

– Привет, Агата!

Берни иногда доставалось, когда кто-то проигрывал все свои карманные деньги на итогах боксёрского матча, но в основном к нему относились с уважением – как к полезному общественному институту.

– Привет, Берни. Что ты хотел?

– Просто подумал, может, поставишь на бегах?

Он произнёс это очень тихо, чтобы его никто не услышал. Несколько раз его задерживали и забирали чёрную книжечку, но обнаруживали в ней только крошечные загадочные формулы, которые никто не мог расшифровать. А Берни каждый раз объяснял, что это формулы для дополнительных занятий по математике.

– Спасибо, Берни, в другой раз.

– Ну ладно.

Берни хотел уже уйти, но я дёрнула его за руку и вернула на место. У меня появилась идея.

– Ой! Ты чего? – удивился он.

Мистер Лэски хмуро посмотрел в нашу сторону, когда Берни ойкнул, но, увидев, что мы оба вроде как пристально изучаем учебник по биологии, снова спрятался за газетой.

– Берни, много ли ты знаешь о бирже?

Он застонал:

– Спроси лучше, чего я не знаю о бирже. Отец только про неё и говорит.

не

– А что ты знаешь об «Альфа-Акве»?

– О компании, которая раздаёт воду? Её основал Патрик Максвелл лет пятнадцать назад… – Он нахмурился, не понимая, почему я спрашиваю об этом.

– Во что они инвестируют?

– Ну, во всякие исследования воды, естественно… Но, в принципе, эта компания принадлежит консорциуму, который во что только не инвестирует: в компьютерные компании, консервные заводы, научные исследования…

– Они инвестируют в другие компании?

– Конечно.

– И если эти другие компании будут получать прибыль, то «Альфа-Аква» тоже? Это как с тотализатором?

– Ну да, только фиксированных ставок не бывает. Чем больше зарабатывает та компания, в которую инвестирует «Альфа-Аква», тем больше зарабатывает сама «Альфа-Аква».

– Значит, если они вложились в очистку воды, то из водного дефицита они извлекают большой доход?

– Да не то слово! – В глазах Берни вспыхнул огонёк. – Тут они в точку попали! Каждый день дефицита воды приносит им миллионы. А когда они развернут свою сеть по всему Лондону, то будут зарабатывать миллиарды! – Берни всегда восхищался теми, кто занимался стяжательством, будь это боксёр полусреднего веса или компания, чьи акции котируются на бирже.

миллиарды

– Спасибо, Берни.

– Не за что. Я пошёл. Дела сами не сделаются.

Он оставил меня наедине с моими размышлениями. Какая-то неясная мысль беспокоила меня, но я никак не могла её поймать. Она была как робкий зверёк: если попытаться схватить её слишком быстро, она убежит. Что ж, придётся сделать вид, будто она ничуть меня не интересует, – тогда она подойдёт поближе…

Чтобы никто меня не отвлекал, я взялась за учебник. Я открыла его наугад и попала на страницу с параграфом про уровень сахара в крови. Не вдумываясь в слова, я прочла:

Уровень или концентрация сахара в крови регулируется гормонами, такими как инсулин. Если организм не способен самостоятельно регулировать уровень сахара, возникает болезнь – диабет.

Уровень или концентрация сахара в крови регулируется гормонами, такими как инсулин. Если организм не способен самостоятельно регулировать уровень сахара, возникает болезнь – диабет.

Уровень или концентрация сахара в крови регулируется гормонами, такими как инсулин. Если организм не способен самостоятельно регулировать уровень сахара, возникает болезнь – диабет.

Зазвенел звонок, и одноклассники потянулись к выходу из класса. А мне казалось, что звонок звенит в моей голове.

Нерегулируемый уровень сахара.

Точно!

Дверь хлопнула, и я пришла в себя. Почти все уже вышли, включая мистера Лэски, но кое-кто остался. Щёлкнул замок, и от двери отошли две из трёх фиф – Сара Рэтбоун и Рут Мастерс. Сара казалась спокойной и расчётливой, а Рут, ее верная помощница, была готова по первому сигналу сделать из меня котлету.

– Привет, Агата, – сказала Сара с натянутой улыбкой.

– Что вам надо? – спросила я нетерпеливо. Не то чтобы я их совсем не испугалась, просто у меня не было времени на всякую ерунду.

И тут я ахнула.

В комнате было только две ФФ. Не три.

Одной не хватало.

Брианны.

Где она? Я её сегодня ещё не видела.

– Что мы хотим? – нараспев произнесла Рут, подходя ближе.

– Ты всё время задаёшь вопросы, Агата! – сказала Сара. – Как маленький ребёнок, всё «почему» да «почему»! – Она подступила на шаг ближе. – А мы хотим одного: больше не слышать вопросов от Фрика.

Мысли крутились в моей голове с бешеной скоростью.

– Погодите, послушайте меня, где Брианна?

– Ну вот, опять вопрос! – скорчила гримасу Сара.

– Это болезнь такая, похоже, – вякнула Рут.

– Надеюсь, не заразная! – с притворной озабоченностью сказала Сара.

– Вы знаете, где она? – спросила я снова.

Сара раздражённо вздохнула.

– Понятия не имеем, Фрик. Она всё утро не отвечала на телефон. Нельзя же быть такой нервной – я выложила всего одну фотку!

Но я не слышала, что она говорит, потому что уже бежала к двери.

– Эй! – крикнула Рут. – Мы с тобой ещё не закончили!

– А я с вами закончила, – ответила я сквозь зубы, отперла замок, выдернула ключ и выскочила в коридор. Рут уже догоняла меня, но я захлопнула дверь прямо у неё перед носом. Она принялась дёргать ручку, но я была быстрее и заперла замок снаружи. Рут всем телом навалилась на дверь. У неё было гораздо больше силы, чем можно было ожидать от такой тоненькой, стройной девушки. Я довольно ухмыльнулась, но радоваться было рано. Безопасность Брианны важнее, чем то, что я избежала побоев от ФФ.

Я быстро соображала. Перекличка закончилась, так что ворота школы уже заперты. На обычные пути отхода времени не осталось.

Придётся воспользоваться планом «икс».

Шёл первый урок, а значит, Лиам находился в компьютерной лаборатории. Я постучала в дверь.

– Лиама Лау срочно вызывают к директору, – как можно увереннее сказала я учительнице информатики. К счастью, она не знала меня в лицо и не подозревала, что мы с Лиамом друзья.

– Ну раз так, то иди, Лиам, – сказала она. – Потом подойдёшь ко мне за дополнительным заданием.

Мой друг неохотно собрал вещи и вышел ко мне в коридор.

– Что такое, Агата? – тихо спросил он.

– Брианна, похоже, попала в переделку, – прошептала я. – Нам придётся её найти!

В кои-то веки Лиам не стал протестовать, что пропустит математику или какую-нибудь контрольную по химии, и сразу же согласился на мой план.

Я подошла к стене, сняла один ботинок и треснула каблуком по стеклянному окошку пожарной кнопки. Стекло рассыпалось, раздался визг сигнализации.

Двери классов распахнулись одна за другой, автоматика отперла ворота во дворе. Я надела ботинок обратно, и мы рванули из школы на улицу через ворота, не обращая внимания на крики, доносившиеся из окна:

– Лиам Лау! Агата Фрикс! Немедленно вернитесь! Вы меня слышите?!

Это кричал доктор Харгейв. Мне-то терять нечего, вряд ли он возненавидит меня ещё больше. А вот Лиам всегда был образцовым учеником. Я хотела извиниться перед ним, но у меня не хватало дыхания, а в боку ужасно кололо. Лиам обогнал меня: он играл в бадминтон и теннис, и тренировки явно пошли ему на пользу. Увидев, что я отстала, он остановился и подождал меня у автобусной остановки, а потом улыбнулся и сказал:

– Спасибо, что позвала меня с собой, Агата.

– Как я могла решиться на такое веселье без тебя?

– Куда нам идти?

– Не знаю. Сара Рэтбоун сказала, что Брианна не отвечает на звонки. Может быть, стоит ещё раз ей позвонить?