«Больше всего детей — более 500 — спасли сестры францисканки семьи Марии. Все их подопечные выжили, и сестры избежали репрессий. Не повезло сестрам милосердия Святого Викентия де Поля. В 1944 г. в Варшаве немцы облили их бензином и сожгли за укрывательство еврейских детей».

Должность сотрудника центра социальной помощи существенно облегчила Сендлер исполнение ее замысла. Она получила пропуск в гетто для распределения лекарств и проведения прививок во избежание возникновения в городе сыпного тифа и других эпидемий. По свидетельствам, в гетто она носила шестиконечную звезду Давида, что давало ей возможность, не привлекая лишнего внимания охраны и тайных агентов, общаться с жителями.

Ежечасно рискуя, Ирена на протяжении нескольких месяцев вместе со своими помощниками вывозила из гетто детей под днищем машины или под брезентом. Малюткам давали снотворное, а если они вдруг начинали плакать, в машине находилась собака, которая своим лаем отвлекала внимание охраны. Ребятишек выносили также в корзинах и ящиках с двойным дном, а детей постарше выводили тайными ходами через подвалы зданий, окружавших гетто, и канализационные люки и трубы.

Наибольшую опасность для Ирены представляла картотека, которую она вела на всех спасенных детей. На узких полосках папиросной бумаги Сендлер записывала новое христианское и настоящее имя ребенка, данные о его родителях и зашифрованный адрес места проживания или нахождения. Листочки хранились в стеклянной банке, закопанной в саду подруги Ирены. (Отсюда и название пьесы — «Жизнь в банке».)

В октябре 1943 г. Сэндлер по анонимному доносу арестовало гестапо. И хотя нацисты не подозревали, что в их руках оказался один из организаторов подполья, они подвергли арестованную пыткам и истязаниям (Ирене переломали руки и ноги), надеясь получить от нее сведения о других деятелях Сопротивления. За три месяца, ничего не добившись от Сендлер, ее приговорили к расстрелу. Жегота смогла выкупить арестантку (причем она значилась в списках расстрелянных), после чего Сендлер под другим именем осталась в городе и продолжила свою борьбу с фашистами. По некоторым сведениям, она была участницей антинацистского восстания в Варшаве 1944 г., организованного командованием Армии Крайовой и представительством польского правительства в изгнании.

После войны пани Ирена передала свой список председателю центрального комитета евреев в Польше и сама помогала разыскивать немногих оставшихся в живых родителей и воссоединять семьи. Детей-сирот устраивали в детские дома и в открытый Сендлер Центр по уходу матери и ребенка, а кому-то подыскивали усыновителей.