Перечитывая часто торопливо газетные строки, он испытывал двойное чувство — в нем не остыл гнев против пачкотни и военного безрассудства, и вместе с тем волнующая радость от сознания, что скоро Черномырдин и Масхадов подпишутдоговор о мире, наполняла его удовлетворением…

Словно раненый медведь простонал Иван Михайлович, когда взял в руки статью в «Комсомолке» о посещении журналистами Елизаветой Маетной и Игорем Коцем подмосковного третьего госпиталя имени Вишневского. Они привезли телевизор для солдата чеченской войны Сергея Рябовицкого, гостинцы — сигареты, конфеты, соки — его боевым друзьям.

«У Сереги нет ног. Нет одного глаза. Второй видит на восемьдесят процентов. И очень устает от напряжения, потому что телевизор в госпитале плохонький, еще советский. А других развлечений нет.

Увидев яркую и четкую картинку на подаренном «Панасонике», Серега засмеялся. А за несколько часов до нас в госпиталь приезжал посыльный от первого вице-премьера Илюшина. Интересовался просьбами и пожеланиями к правительству. Вероятно, Илюшин готовился к важному мероприятию. Здесь открывался новый госпитальный корпус, ожидались высокие гости: Черномырдин, Лужков. Мы не исключаем и душевного порыва во вдруг возникшем интересе к безногим-безруким ребятам. Но они — Дима Бондаренко, Юра Емельянов — еще три недели назад, на встрече воинов-«чеченцев» обращались лично к первому вице-премьеру. И он обещал помочь и забыл.

Хотя, возможно, три недели — не срок для российских чиновников. Возможно, у них есть важнее дела, чем коляска для обезноженного из-за подлости государства Сереги.

В госпитале Вишневского лежат десять «чеченцев». Кто год, кто полтора, как Сергей. А кто почти два, как разведчик Юра Емельянов, исполосованный пулями и осколками на новогодней улице Грозного. Их сшивают, склеивают по частям классные специалисты, может быть, лучшие в России. Но раны от предательства не залечиваются.

Последний раз власть навещала этих парней около полугода назад — по случаю какого-то праздника.

Саша Горбатюк, 24-летний капитан внутренних войск, напоролся на засаду в Грозном. Тяжелое минновзрывное ранение, ампутация обеих ног, лишь недавно удалось восстановить зрение и слух. Саша мечтал поступить на юридический, говорит, посылал бумагу министру Куликову. Нет ответа.

Все семь месяцев рядом с Сашей — его мама Раиса Ивановна. Она сообщила нам радостную новость: пришла телеграмма из Челябинска, мэр города Вячеслав Михайлович Тарасов выделил Саше двухкомнатную квартиру. Поистине счастливый случай…

Они боялись возвращения домой. И правильно делали. Потому что в России слишком мало таких мэров, как Тарасов. И слишком много домов, где плачут по живым…»