Светлый фон

Мама работала на дому, – печатала. И зарабатывала не меньше папы. Английский она знала блестяще, окончив ленинградский иняз, но диплома защищать не стала, выскочив замуж. Так что ошибки переводчиков поправляла, и директора институтов ее, что называется, носили на руках. Папа, кстати, тоже печатать умел. Да и сам автор с юности со страшной скоростью навострился обращаться с клавиатурой. Столько лет за пишущей машинкой в молодые годы просидел, редкие книги и рукописи для себя перепечатывая! Кто же знал, что появятся компьютеры, Интернет, в котором все есть, и вообще настанут времена, когда все издадут и это можно будет в магазинах купить!

Зайди в любой книжный, что угодно найдешь. И Окуджаву. И Высоцкого. И какую угодно фантастику. И «Камасутру». И придумки уфологов про инопланетян. И еврейское, хоть про Израиль, хоть учебник иврита, хоть что-то историческое… Есть альбомы по искусству, такие, каких в прошлом близко не бывало. Есть что угодно западное и восточное – переводят сразу, как на родине у их авторов выйдут. Детское есть, какое угодно и сколько угодно. Хобби и эзотерика, политика и история, про зверей и путешествия. Есть все-таки в наших временах много хорошего! Еще бы старое, что во временах прошлых было, не развалилось и здоровья было побольше…

Но остановим философские размышления, которые уведут нас Б-г знает куда, пока не ушли от темы. Начали про сон, про него и закончим, по крайней мере, тот, который был в детстве. Беззаботный, когда ложиться надо было в девять, посмотрев «Спокойной ночи, малыши», с непременным мультиком, выпив перед сном воды или чаю и обязательно что-то съев. От мамы досталось. Она натощак спать не могла, и когда ложилась, не перекусив, жалобно просила «бутербродик», который (а лучше два) ей немедленно готовили и торжественно несли – с маслом, колбасой и сыром. Она их очень любила, при этом не толстела и, в посрамление всех диетологов, ушла в мир иной за девяносто.

Выполнив все вечерние ритуалы, можно было ложиться. Чем детский сон хорош: спишь один. Никто не мешает, вся кровать твоя и одеяло тоже твое. Целиком. Его никто на себя не перетягивает. В него можно завернуться, подоткнуть его под себя со всех сторон, укрыться с головой и, зарывшись в подушку, оставив только маленькую щелочку у носа, для дыхания, спокойно сопеть, пока не настанет утро. Никакие дурацкие сны не снятся. Ни цунами (в Москве?!), ни споры политиков, ни Ксения Собчак, почему-то с аллигаторами (?!!), как недавно. Ни поезда с бронированными купе. Ни аэропорты, по которым бежишь, опаздывая на самолет.