3. Британцам уже за первые сорок восемь часов боевых действий удалось фактически вывести из войны аргентинский надводный флот, т. е. выполнить задачу достижения господства на море, хотя и не самым решительным способом. Они не смогли втянуть противника в морское сражение и отыскать неприятельский авианосец, но продемонстрировали свое превосходство на море, и в последующем командование ВМФ Аргентины избегало активного применения надводных сил флота, поставив «Бентисинко де Мажо» на прикол в Пуэрто-Бельграно, а использование остальных кораблей ограничив патрулированием территориальных вод.

4. С другой стороны, то, что аргентинцы в описанных событиях и в последующем сохранили невредимым авианосец и большую часть своего флота, является тоже если не успехом, то торжеством здравого смысла, что принимаемый риск в данном случае несопоставим с военной целесообразностью и, скорее всего, приведет только лишь к ненужным потерям. Применение авиации с континентальных аэродромов, на которое в дальнейшем делалась ставка, в сложившихся обстоятельствах было гораздо более перспективным методом ведения военных действий, хотя морякам, переложившим основное бремя борьбы с британским флотом на летчиков, вероятно, пришлось услышать немало обидных слов в свой адрес.

5. Результаты воздушных схваток между британскими и аргентинскими истребителями были целиком в пользу «Си Харриеров». Аргентинские ВВС в дальнейшем фактически отказались от борьбы за господство в воздухе над островами, ввиду ее бесперспективности и во избежание дальнейших потерь. Чтобы оправдать это решение, придумали легенду, что истребители 8-й авиагруппы были задействованы для защиты неба столицы и наиболее важных промышленных и военных объектов на континенте от ожидаемых налетов бомбардировщиков «Вулкан». А аргентинская ударная авиация перешла к тактике действий в условиях воздушного доминирования противника, делая ставку на внезапность и провыв к цели на сверхмалой высоте. Однако говорить о завоевании британцами господства в воздухе было бы преувеличением уже хотя бы потому, что численное превосходство в воздушных силах оставалось за аргентинцами.

6. Первомайский опыт показал, что британская противовоздушная оборона не является столь труднопреодолимой, как это изначально предполагалось. Причем это в определенной мере стало неожиданностью для обеих воюющих сторон. «Си Харриеры» проявили неспособность обнаруживать низколетящие «Даггеры» и «Скайхоки», а корабельные средства ПВО – поражать атакующие с бреющего полета самолеты. Стало ясно, что британские корабли уязвимы, несмотря на наличие современных ЗРК и авиационное прикрытие палубными истребителями.