В декабре 1954 года участники Всесоюзного совещания строителей разъезжались по домам, сознавая, что стали свидетелями важного исторического момента: новый лидер государства лично вмешался в дела градостроителей-профессионалов. И потому вряд ли они удивлялись тому, что уже в следующем году были проведены реформы, благодаря которым в советской архитектуре произошли ощутимые системные изменения. Начиная с 1955 года интерес к символике, столь характерный для сталинского монументализма, отошел на дальний план, а первостепенной задачей развития советских городов стало массовое строительство жилья – куда менее затратное, если учитывать стоимость квадратного метра, но не менее масштабное и амбициозное.
Куда идет монументализм
Куда идет монументализм
Самым осязаемым результатом вмешательства Хрущева в дела советской архитектуры стали типовые жилые кварталы, которые до сих пор можно видеть во многих крупных городах бывшего Советского Союза. В 1957 году, объявляя о начале массового жилищного строительства, Хрущев обязался устранить жилищный кризис в СССР за 10 лет. Каждой советской семье он обещал предоставить по отдельной квартире в новых районах, которые планировалось строить в основном на окраинах городов по всей стране. И пусть жилищный кризис так и не удалось преодолеть окончательно, результаты затеянного Хрущевым массового строительства оказались весьма впечатляющими. За период с 1953 по 1970 год в городах и в сельской местности удалось построить более 38 миллионов квартир и частных домов, и в новое жилье вселились более 140 миллионов человек[871]. Благодаря массовому жилищному строительству то, что в сталинскую эпоху оставалось привилегией элит, – отдельная односемейная квартира – превратилось во вполне осуществимую мечту очень многих людей.
Средоточием новшеств, которым в конце 1950-х открыла дорогу объявленная Хрущевым кампания массового строительства жилья, оставалась Москва. Черемушки на юго-западе города, где ранее поселили строителей небоскребов, переименовали в Новые Черемушки и превратили в образцово-показательный микрорайон нового типа. И такие Новые Черемушки – с их централизованной инфраструктурой, общественными площадками и маленькими, но удобными квартирами – еще долгие годы воспроизводились множество раз в разных городах Советского Союза. В Москве же этот типовой район разительно контрастировал с небоскребом МГУ, вырисовывавшимся на горизонте невдалеке. В самый момент своего появления московские небоскребы стали негативными образцами городского проектирования.