Большие цифры людских потерь в битве за Шумшу – притом что японцы не использовали пилотов-камикадзе и кайтэны (торпеды, управлявшиеся смертниками) и были связаны по рукам и ногам приказами верховного командования, предписывавшими им прекратить огонь, – могли послужить предостережением для создателей американского плана вторжения «Олимпик». Когда президент Трумэн 18 июня одобрил операцию «Олимпик», по расчетам Маршалла, общая численность японских вооруженных сил на Кюсю не превышала 350 тысяч человек (4 дивизии) против 766 700 американцев. К моменту битвы за Шумшу, к ужасу наблюдавших за всем этим процессом американцев, численность японской армии на Кюсю резко увеличилась и составляла уже 625 000 человек (14 дивизий), намного превзойдя ожидания Маршалла. Мы не знаем, насколько пристально в Объединенном комитете начальников штабов следили за ходом битвы за Шумшу, однако отчаянная решимость, с которой японцы противостояли советскому нападению, и высокий процент потерь, причиненный ими противнику, безусловно, придают веса хвастливым утверждениям японского военного командования о том, что они могли в случае вторжения причинить значительный урон американцам. Если бы план «Олимпик» был приведен в исполнение, результатом стало бы беспрецедентное кровопролитие. Как пишет Ричард Фрэнк: «Японская группа армий на Кюсю была настолько мощной, что цена вторжения могла оказаться неприемлемой» [Frank 1999: 343]. Судя по битве за Шумшу, это утверждение является верным[487].
Также важно учитывать, что Сталина беспокоила реакция американцев на Курильскую операцию. 18 августа Императорский Генеральный штаб в Токио, получив известия о нападении на Шумшу, послал срочную телеграмму в штаб-квартиру Макартура в Маниле: «Часть ваших сил высадилась на острове Шумшу. <…> Наши войска вынуждены были для самозащиты взяться за оружие. Теперь, когда боевые действия между нашими странами запрещены, в высшей степени желательно, чтобы эти враждебные акты немедленно прекратились». Штаб Макартура сразу же переслал эту телеграмму в Москву. Эта информация вызвала переполох в Ставке, где посчитали, что американцы высадились на Шумшу, нарушив оговоренную демаркационную линию. Генерал Славин спросил Дина, была ли эта десантная операция, о которой шла речь в сообщении японского Генштаба, осуществлена американцами. В Москве вздохнули с облегчением только в тот момент, когда Макартур прислал телеграмму, сообщающую, что американцы на Шумшу не высаживались[488].