Может, Ильич был столь воинственным до Октябрьского переворота? Но вот власть воровским путем взята, и перед Ульяновым открываются широчайшие возможности для удовлетворения амбиций на мировой престол. И он без тени стеснения в письме от 20 августа 1918 года к американским рабочим выступает в роли поджигателя мировой войны: «Тот не социалист, кто не понимает, что ради победы над буржуазией, ради перехода власти к рабочим, ради начала международной пролетарской революции можно и должно не останавливаться ни перед какими жертвами, в том числе перед жертвой частью территории, перед жертвой тяжелых поражений от империализма. Тот не социалист, кто не доказал делами своей готовности на величайшие жертвы со стороны “его” отечества, лишь бы дело социалистической революции было фактически двинуто вперед» (ПСС. Т. 37. С. 54).

Суть следующей ленинской выдержки из того же письма в силу ее многословности я выражу своими словами. «Социалисты, которые хотят освобождать трудящихся всего мира от ига капитала легким путем без жертв, это хамы международного социализма и лакеи буржуазной морали, трижды заслуживающие презрения» (ПСС. Т. 37. С. 54).

Ульянов возмущен «хамами» международного социализма, не желающими жертвовать миллионами жизней ради горячечных бредней.

Легко быть «героем» мирового пожара, отсиживаясь за кремлевскими стенами и жертвуя миллионами жизней ради призрачной мировой революции и призрачного социализма. Уж если тебе так нужна мировая революция, то бери знамя и возглавь передовые цепи атакующих мировой капитал!

Но нет, моя жизнь дороже миллионов «насекомых». Моя роль командовать массами, а не падать под картечью неприятеля.

Это поступок всех трусов, сидящих в безопасности и трубно взывающих жертвовать своими жизнями других. Поинтересовались бы вначале у этих миллионов, хотят они быть жертвами бредовых идей или нет? Подобные «герои», готовые бросить в топку мировой революции миллионы жизней, и являются подлинными хамами и мерзавцами.

Попытки некоторых исследователей ленинского наследия выдать концессионную политику Ленина как отражение его миротворческих стремлений по отношению к буржуазии Запада неубедительны, ибо, по Ильичу, «концессия это не мир, это тоже война, только в другой форме, более нам выгодной… это продолжение войны в хозяйственной плоскости…» (ПСС. Т. 42. С. 49).

Легкость Октябрьского переворота вскружила Ленину голову, и его дооктябрьский бред о мировой революции становится сущностью внешней политики вождя мирового пролетариата. Создание в марте 1919 года Коминтерна стало заявкой на мировой престол. Публичные выступления Ленина так и пестрят здравицами в честь мировой революции, которая вот рядом, за поворотом. И не в бровь, а в глаз нынешним хулителям Троцкого на IX партконференции в сентябре 1920 года он заявляет: «Экспортом революции занимались и будем заниматься впредь» (Исторический архив. № 1. 1992. С. 25).