И вот подобное мракобесие произносится в эпоху, когда уже в вооруженных силах главных капиталистических стран широко внедряются танки, самолеты, мотоциклы и т. д. Но мудрый из мудрейших внял советам вельможных тупиц военспецы были уничтожены, а бред «конников» стал руководящей идеей чуть ли не до самой войны. За год до войны спохватились, глядя на триумфальную поступь совместных моторизованных и авиационных соединений вермахта. Немцы оказались хорошими учениками советских военных теоретиков, не в пример советским политическим командирам, этих учителей угробившим. Теперь учителя стали спешно учиться у вчерашних учеников. Начали что-то наспех сколачивать, но времени не хватило. Даже в приграничных округах укомплектованность корпусов составляла: по тяжелым танкам 19 %, по средним 11,2 %, автомашинам 39 %, тракторам 44 %, мотоциклам 17 %. По командному составу: средними и старшими командирами моторизованные колонны были обеспечены на 22–40 %, младшими на 16–50 % (указ. соч., с. 30).

Опустошительные репрессии командного состава Красной Армии внушили Гитлеру уверенность в победе. Этим оптимизмом он пытался заразить и своих генералов: «Красная Армия обезглавлена… она ослаблена как никогда. Нужно воевать, пока кадры не вырастут вновь» (указ. соч., с. 32). И Гитлер не стал ждать, когда «гений всех времен и народов» закончит реорганизацию своей военной машины, и вдарил всей своей мощью по пребывавшей в полном благодушии стране.

По словам маршала А. М. Василевского, если бы не трагедия 37 года, то не было бы и войны 41-го, Гитлер не решился бы ее начать (указ. соч., с. 32).

Германский штаб за полгода до нападения разработал план «Барбаросса», а советский Генштаб за несколько предвоенных лет не смог разработать план обороны. Оно и неудивительно, коль наиболее талантливые теоретики были перебиты, а ординарных сковал страх проявления какой-либо инициативы, чтобы не прослыть провокаторами, вредителями и прочими «врагами народа». Видимо, все полагали, что полевого устава Красной Армии, предписывавшего воевать только на территории противника, было достаточно для мобилизации и отражения нападения любого врага. Да и задорные песни тех лет вселяли несокрушимую уверенность в моральном превосходстве советского солдата, его способности выстоять и покарать любого посмевшего посягнуть на царство пролетарской справедливости.

Если завтра война, Если завтра в поход, Будь сегодня к походу готов!

Или:

Мы железным конемВсе поля обойдем, Соберём, и посеем, и вспашем. Наша поступь тверда, И врагу никогдаНе гулять по республикам нашим!