Дело в принципе, дело в том, что элита должна серьезно обновляться людьми с мест — от земли, из регионов. Масса талантливых людей, которые умеют работать, знают свою малую родину, понимают, что ей нужно, они и есть те самые ручейки, которые сливаются в это огромное море, океан русского мира. Мы что, не понимаем, для чего госпоже Нарусовой нужно быть сенатором? Напомню, что госпожа Нарусова — это мама бывшего кандидата в президенты Ксении Собчак. Наверное, одиозность этой фигуры тоже в какой-то степени определяет представление о нравственности и атмосфере, в которой вырастает нечто, о чем потом говорим: «Что выросло, то и выросло».
Я хочу вспомнить один из выпусков нашего «Бесогона» — о Ксении Собчак.
Создается образ, он ложный образ, но он создается. Когда кожзаменитель, дерматин, попросту выдается за кожу. Похоже на кожу, но не кожа, а где настоящая? Вот Ксения Анатольевна, где она настоящая? Вот здесь, когда она в социальной сети пишет о детях: «И я отчетливо помню, как поняла, что помощь очень нужна детям, живущим за МКАДом, детям беспросветного мрака, и я мечтаю, что сейчас многие последуют нашему примеру и поедут в детские дома Твери, Костромы, Перми, Кирова, потому что мы должны помогать им, не бросать их, дарить свое тепло и любовь».
Создается образ, он ложный образ, но он создается. Когда кожзаменитель, дерматин, попросту выдается за кожу. Похоже на кожу, но не кожа, а где настоящая? Вот Ксения Анатольевна, где она настоящая? Вот здесь, когда она в социальной сети пишет о детях: «И я отчетливо помню, как поняла, что помощь очень нужна детям, живущим за МКАДом, детям беспросветного мрака, и я мечтаю, что сейчас многие последуют нашему примеру и поедут в детские дома Твери, Костромы, Перми, Кирова, потому что мы должны помогать им, не бросать их, дарить свое тепло и любовь».
Или в этом эпизоде, зафиксированном документально, когда она кричит на соседей:
— Здесь дом для нормальных людей, взрослых, понимаете. Центр Москвы. И подстраиваться под каких-то гаденышей я не буду. Значит, наши права должны был уравнены.
— Здесь дом для нормальных людей, взрослых, понимаете. Центр Москвы. И подстраиваться под каких-то гаденышей я не буду. Значит, наши права должны был уравнены.
— У нас маленький ребенок.
У нас маленький ребенок.
— Да мне * * * на этого маленького ребенка, пусть хоть сдохнет. Если вы будете продолжать отстаивать его интересы, я вам буду устраивать тут дискотеки. Начну это делать с сегодняшнего дня. Почему вы мне идете навстречу только в какие-то дни, а я вашему маленькому ребенку каждый день…