Светлый фон
Свобода Свобода

Мне кажется (честнее сказать – я уверен), что высший уровень значимости обретают ценности, воспринимаемые нами (каким путем – неважно) как священные. Я не имею в виду непременно какие-то внутрирелигиозные правила. Ощущение чего-то как священного – естественное психологическое состояние, которое может никак не быть связано с религий. Священна любовь матери к своим детям, например. Многие другие чувства каждый из нас воспринимает как нечто, чем невозможно поступиться, при этом затрудняется это объяснить на рациональном уровне: это не измеряется в рациональных категориях, таких, как стоимость в деньгах, например. Этот разрыв с рациональностью и делает такие чувства сакральными, священными. Они возникают в жизни каждого, как некие важные моменты, предметы, места, как некие особо чувствительные зоны в пространстве нашей души… Подобные зоны имеются в пространстве истории отношений двух любящих людей, в истории семьи… Такие же сакральные ценности возникают в истории народа, именно на них строится национальный миф, на котором держится самосознание этого народа.

Что порой сбивает с толку: общий корень слов «ценность» и «цена». Может показаться, что «ценности имеют цену». А это не так или не всегда (а то и никогда!) так. Во всяком случае, в отношении духовных, моральных и т.  п. ценностей, эта поверхностная ассоциация неверна. Тут к понятию «ценность» гораздо ближе по смыслу – значимость. В английском, например, ценность – value: связи со словом price (цена) нет, есть связь с понятием величина (value). И в греческом такой переклички нет: ценность – αξία (аксиа), что есть «значение». (Отсюда – аксиология.)

В последнее время я несколько раз в разных статьях и выступлениях (да и в этом эссе – тоже) ратовал за «перевод» языка идеологии на язык ценностей. Я утверждал, что на языке ценностей – то есть как бы первичных элементов всех последующих построений типа религий и идеологий – люди скорее поймут друг друга и, как следствие, смогут определить – что в ценностных матрицах каждого совпадает, а что отличается. И это даст основание – зародыш – для взаимопонимания и выработки взаимоприемлемых совместных действий (включая жизни как таковую, модели жизнеустройства). Я и сейчас на это надеюсь, но червь сомнения подтачивает мой ум: похоже, мы пока не умеем достаточно хорошо ни распознавать, ни описывать ценности, а поэтому сравнивать их друг с другом весьма затруднительно. Слова будут одинаковые или похожие, а смыслы – разные. (См. также Значение и смысл.

Значение и смысл.