Разведчики вернулись в рощу вместе с белым как лунь, но еще крепким стариком, который назвался дедом Остапкой из соседнего села Онишки, и который подробно объяснил, как найти брод. Он посоветовал добираться до него по зимней дороге – она поросла высокой осокой и «спрячет солдатиков». По дороге, петляя вокруг небольших озер, окаймленных где осокой, а где кустарником, с наступлением темноты подразделения направились к спасительному броду. Люди были очень внимательны и осторожны: ночную тишину не нарушал ни один посторонний звук. Бойцы слились с темнотой ночи, растворились в молчании.

Вот и река. Над ее темной гладью курится холодный туман. Мало приятного в одежде лезть в холодную воду, но на том берегу – спасение. Как всегда, впереди идут разведчики – такова уж их судьба. Река Оржица здесь совсем мелкая: только в одном месте вода доходит до груди. Только вышли на берег, как к Шатилову обратился сержант-разведчик, доложив, что вот женщина из села Онишки. По карте Шатилов знал, что это село находится на их пути. Она рассказала, что в их селе германцы. Конечно, фашистов в селе, по ее словам, мало, расправиться с ними большого труда не составит. Но в данном случае страшен не противник, а шум, который поднимется. Он привлечет внимание фашистов в Оржице, и сюда, в Онишки, они немедленно бросят свои подвижные подразделения (это немцы умеют делать!), А потом двери, которые почти уже открылись, могут снова закрыться.

Немцы остановились на другом конце села в школе, поэтому женщина посоветовала обойти Онишки по краю, огородами по направлению к Большому Селецкому (откуда и до Лубен недалеко), а в провожатые дала свою дочь Машу.

Одно из мнений о прорыве – 26-я А прорывалась через оборону 16тд генерала Хубе (части этой дивизии первые ворвались в Оржицу) и дивизии СС «Дас Райх» (вместе с другими частями 2-й танковой группы дивизия повернула на юг навстречу 1-й танковой группе для окружения большой советской группировки восточнее Киева и 18 сентября дошла до Прилук. Затем дивизия СС «Райх» была переброшена на центральный участок Восточного фронта для наступления на Москву. К Оржице дивизия не дошла.). В Оржице накопилось такое количество техники и красноармейцев, что Хубе, боясь прорыва советских войск на этом участке, приказал закопать свои танки в землю (это правда) и приковать пулеметчиков цепями к пулеметам (а это, судя по всему, уже вымысел), но не выпустить Костенко из котла. Поняв свое почти безвыходное положение, Костенко оставил всю технику в Оржице (кстати по этой причине немцы почти не обстреливали Оржицу, боясь повредить богатые трофеи) и вместе с кавалеристами отправился на прорыв по дамбе на противоположный берег р. Оржица.