Артиллерист Н. В. Силкин (артмастер, 1-й формовочный артдивизион при штабе 21 й армии) вспоминал, что в городке Оржица 21/IX-1941 весь артдивизион был окружен немецкими войсками. При попытке выйти из окружения [они] были разбиты, после чего небольшими группами стали расходиться по разным направлениям, пытаясь выйти из окружения.

Он [в составе группы] в количестве 6 человек. 23/IX-41 г. из города Оржица пробирался к своим, русским. 25/IX-41 г. они зашли ночью к одному крестьянину с целью ночевки, который их накормил и уложил спать в сарай. В эту же ночь, когда они спали в сарае, пришли немцы и их (группу) в количестве 6 человек взяли в плен. Немцев было 13 человек, с ними вместе был и хозяин, у которого они остановились ночевать, освещал фонарем.

Сопротивление они не оказывали, их взяли сонных. При них было оружие: винтовки, пистолеты, автомат. Когда их из сарая вывели, то этой ночью вывезли на машинах в городок Хорол Полтавской обл., Где он находился 8 дней, после чего ночью из этого лагеря сбежал. Пробежав километров 25, был задержан немецкими войсками и направлен в лагерь военнопленных в городок Семеновка Полтавской области в октябре 1941 г. Пробыв в лагере несколько дней, его взяли поить лошадей. Воспользовавшись случаем, он снова бежал и пошел в направлении на восток. Силы его иссякли, и он решил поступить работать в один из колхозов в с. Федоровка Полтавской обл. Глава колхоза их повел в район якобы приписать в колхоз, а сам всех их (русских) сдал немцам.

М. Д. Зайденберг, санинструктор 114-го отдельного зенитного дивизиона. При отступлении в сентябре 1941 года на Полтавщине в районе села Оржица дивизион попал в окружение. К своим решили пробиваться, разделившись на группы. В ее группе было 11 человек. У городка Новые Санжары они неожиданно наткнулись на немцев. Группу советских военных, которая пряталась, кто то выдал, и они все попали в плен. Во дворе комендатуры пленных выстроили. После избиения и допросов их под вечер повели за околицу на расстрел. За мгновение до автоматных очередей мужчины закрыли ее, единственную в группе девушку. Мария пришла в сознание поздно ночью. Залитая кровью, она едва выбралась из-под трупов, чувствуя в теле острую боль. Фашистские пули все же «достали» ее, ранив в шею. Она шла, обессиленная, с кровавой раной. На ночь просилась в крестьянские дома, днем огибала немецкие посты. Ее спасение можно считать чудом, но на всю жизнь сохранились шрамы – следы пуль, и заблаговременно появилась седина.