Зинаида Курбатова: Панченко пел отлично. Панченко прекрасно пел, просто великолепно. Один раз у деда был день рождения. Наталья Владимировна играла на гитаре, и дядя Саша Панченко пел: „Сегодня шум у дяди Зуи”. Вот он эту песню спел, а Милена Рождественская, доктор наук: „Нет, нет, ты, Саша, спой еще про короткую серую юбку”».

Студент Звездин становится своим в компании тех, о ком в советских газетах писали: «Они мешают нам жить». Один из них – Николай Браун, стиляга, джазмен и, как тогда говорили, антисоветски настроенный элемент. Летом 1962 года Николай Браун привозит еще никому не известного Звездина к коллекционеру и меломану Рудольфу Фуксу.

Рудольф Фукс: «Здесь состоялась наша первая встреча, ну это вот наша кухня бывшая коммунальная».

Николай Браун:«Здесь заваривали чай. И я помню, у нас всегда была шутка: чай чаем, а чифир чифиром[6], давай заварим покрепче. Впоследствии это пригодилось».

Рудольф Фукс: «Ну тут, конечно, такие коммунальные баталии происходили, в частности, часто были звонки в милицию – уберите этого наглеца, этого нахала, стилягу. Ну, естественно, общественность бурно реагировала».

Рудольф Фукс – модник и стиляга. У него коллекция западных музыкальных пластинок, магнитофон «Днепр» – роскошь по тем временам, на стене – шестиструнная гитара. Именно эту гитару взял в руки студент Аркадий Звездин во время их первой встречи.

Рудольф Фукс: «Он вошел вежливо. Две комнаты у нас там было в коммунальной квартире. Я во вторую комнату завел, там у меня, значит, гитара висела. Слышу, вдруг из этой второй комнаты, раздались звуки, он пел, по-моему, „Глухари” есенинские: