Для сравнения к концу 1918 г. в 78 тюрьмах только одной «белой» Сибири находилось около 75 тыс. человек[1983]. Кроме этого в 45 концлагерях, находившихся в ведении колчаковского правительства, от Урала до Приморья, по данным Штаба Сибирской армии всего за полгода оказалось почти 600 тыс. человек[1984], из них более 520 тыс. использовалось в качестве рабской рабочей силы[1985]. На Белом Севере России, всего за два года, через тюрьмы и концлагеря прошло почти 15 % населения региона[1986]. В Белой Сибири сначала комучевцы, а затем колчаковцы, устанавливая «народоправство», посадили менее чем за год правления в тюрьмы и концлагеря почти 7 % населения подвластных им территорий[1987].

Для сравнения в начале XXI в., в мирное время в демократической России, как и у лидера демократического мира — Соединенных Штатов, в тюрьмах сидело 0,6–0,8 % населения. Что касается начала 20-х годов ХХ в., то тогда в белофинских тюрьмах, уже после окончания гражданской войны, сидело почти 3 % населения страны[1988].

Для сравнения в начале XXI в., в мирное время в демократической России, как и у лидера демократического мира — Соединенных Штатов, в тюрьмах сидело 0,6–0,8 % населения. Что касается начала 20-х годов ХХ в., то тогда в белофинских тюрьмах, уже после окончания гражданской войны, сидело почти 3 % населения страны[1988].

Но дело не только в количестве, заявлял Мельгунов, — в большевистских тюрьмах, утверждал он, условия содержания были гораздо хуже, чем у «белых». Мельгунов приводил пример Пертоминского «красного» концлагеря, созданного на берегу Белого моря в конце 1919 г. По свидетельству ссыльных: «Лагерь устроен в старом полуразвалившемся здании бывшего монастыря, без печей, без нар, без пресной воды, которую выдают в очень ограниченном количестве, без достаточного питания, без всякой медицинской помощи…». Но центральным местом ссылки отмечает Мельгунов стали Соловецкие острова, где в то время находилось свыше 200 заключенных. «Главное ее отличие от дореволюционной каторги состоит в том, что вся администрация, надзор, конвойная команда и т. д. — состоит из уголовных, отбывающих наказание в этом лагере. Все это, конечно, самые отборные элементы: главным образом чекисты, приговоренные за воровство, вымогательство, истязания и прочие проступки…. (заключенные) ходят босые, раздетые и голодные, работают минимум 14 ч. в сутки и за всякие провинности наказываются…: палками, хлыстами, простыми карцерами и «каменными мешками», голодом, «выставлением в голом виде на комаров»[1989]. В итоге, констатировал Мельгунов, «Обрекая людей на физическую и духовную смерть, власть «коммунистическая» с особой жестокостью создает условия существования, неслыханные даже в трагической истории русской каторги и ссылки»[1990].