Документальная литератураПером по шапкам. Книга перваястр 244
Светлый фон
И когда уселся бедняга Пантелей за свой убогий ужин – так ему тяжко сделалось, так обидно, что чуть не заплакал. – За что же, за что?.. – шептали его дрожащие губы. – Почему богачи и эксплуататоры пьют шампанское, ликеры, едят рябчиков и ананасы, а я, кроме простой очищенной, да консервов, да ветчины – света Божьего не вижу… О, если бы только мы, рабочий класс, завоевали себе свободу! – То-то бы мы пожили по-человечески!

Да, с таким представлением о жизни рабочего и крестьянина нельзя было понять ни массового выхода народа 9 января 1905 г., расстрелянного царскими войсками, ни Ленского расстрела рабочих, ни самой революции. С такими представлениями невозможно понять и сегодняшних протестных выступлений на юго-востоке Украины. Но это я к слову.

Аркадий Аверченко в своих рассказах не упустил возможность пырнуть ножом и Ленина с Троцким, издевательски описав их жизнь в Кремле.

Автор пасквиля умер, спустя год после ухода из жизни Ленина, так что он не увидел того взлёта в жизни советского народа, когда почти каждый, а не только избранные, мог придти в ресторан и заказать себе поросёнка. Доживи он до этого времени, вполне возможно, что талант его проявился бы иначе. И вот именно это понял В. И. Ленин, когда писал свою рецензию «Талантливая книжка»:

«Это – книжка озлобленного почти до умопомрачения белогвардейца Аркадия Аверченко: "Дюжина ножей в спину революции". Париж, 1921. Интересно наблюдать, как до кипения дошедшая ненависть вызвала и замечательно сильные и замечательно слабые места этой высокоталантливой книжки. Когда автор свои рассказы посвящает теме, ему неизвестной, выходит нехудожественно. Например, рассказ, изображающий Ленина и Троцкого в домашней жизни. Уверяю вас, что недостатков у Ленина и Троцкого много во всякой, в том числе, значит, и в домашней жизни. Только, чтобы о них талантливо написать, надо их знать. А вы их не знаете. Зато большая часть книжки посвящена темам, которые Аркадий Аверченко великолепно знает, пережил, передумал, перечувствовал. И с поразительным талантом изображены впечатления и настроения представителя старой, помещичьей и фабрикантской, богатой, объевшейся и объедавшейся России. Так, именно так должна казаться революция представителям командующих классов. Огнем пышущая ненависть делает рассказы Аверченко иногда – и большей частью – яркими до поразительности. Есть прямо-таки превосходные вещички, например, "Трава, примятая сапогами", о психологии детей, переживших и переживающих гражданскую войну. […] Некоторые рассказы, по-моему, заслуживают перепечатки. Талант надо поощрять». «Правда» № 263, 22 ноября 1921 г. п. с. с., т. 44