«…проводить тактические учения соединений в сторону государственной границы, с тем чтобы подтянуть войска ближе к районам развертывания по планам прикрытия»381.
Потом они успокоились и до самого начала войны ничего не делали. Если раньше приближение войны не давало Жукову покоя, то после 14 июня его тревоги разом испарились, а сам он как бы ослеп.
И открыл ему глаза один-единственный перебежчик. Не будь того благословенного немца, то и сам Жуков, прежде неустанно ратовавший «за боеготовность», прозевал бы нападение Гитлера и опоздал к началу войны, как прибывший последним на место пожара заспанный пожарник.
Согласно журналу регистрации посетителей кабинета И.В. Сталина, 21 июня Тимошенко первый раз появился в нем в 19 часов 5 минут. Вместе с наркомом ВМФ Кузнецовым он пробыл там чуть больше часа. Несомненно, темой визита была завтрашняя война. В 20.15 наркомы покинули кабинет вождя. Однако через 35 минут, в 20.50, Тимошенко вновь вернулся туда, но уже с Жуковым.
Как пишет Жуков, случилось именно то событие, что породило «Директиву № 1». Около 8 часов вечера к пограничникам будто бы явился безымянный немецкий фельдфебель с известием о войне. Минут через 45, а именно в 20 часов 50 минут, встревоженные Жуков и Тимошенко прибыли к Сталину:
«Вечером 21 июня мне позвонил начальник штаба Киевского военного округа генерал-лейтенант М.А. Пуркаев и доложил, что к пограничникам явился перебежчик – немецкий фельдфебель, утверждающий, что немецкие войска выходят в исходные районы для наступления, которое начнется утром 22 июня. Я тотчас же доложил наркому и И.В. Сталину то, что передал М.А. Пуркаев. – Приезжайте с наркомом минут через 45 в Кремль, – сказал И.В. Сталин»382.
«Вечером 21 июня мне позвонил начальник штаба Киевского военного округа генерал-лейтенант М.А. Пуркаев и доложил, что к пограничникам явился перебежчик – немецкий фельдфебель, утверждающий, что немецкие войска выходят в исходные районы для наступления, которое начнется утром 22 июня.
Я тотчас же доложил наркому и И.В. Сталину то, что передал М.А. Пуркаев.
– Приезжайте с наркомом минут через 45 в Кремль, – сказал И.В. Сталин»382.
И тут донельзя упертый Сталин, которого в неизбежности войны раньше якобы не смогли убедить разведка и все советское военно-политическое руководство, сразу поверил безымянному перебежчику и разрешил наконец Тимошенко с Жуковым привести войска в боеготовность. И уже после того, как они с «долгожданной» директивой вернулись в свой наркомат, границу перешел еще один перебежчик: