Токио, 22 июня (ТАСС)
Бывший японский посол в СССР Того:
«На основании газетных сообщений, – заявил Того, – пока трудно решить, какая сторона выступила первой»397.
Еще о предвоенном вечере на СЗФ
Еще о предвоенном вечере на СЗФ
Правда, не следует преувеличивать, считая отданный Кузнецовым приказ какой-то трагедией. Ведь он приказал отвести подразделения предполья всего за 100–200 метров от оборонительных сооружений, поэтому в данном случае это практического значения почти не имело. Этот случай показателен именно в том плане, что Тимошенко и Жуков фактически отменяли свои письменные директивы.
После боя с немцами на границе и принятия «Директивы № 1» основным объектом внимания Тимошенко и Жукова стал командующий ПрибОВО-СЗФ Кузнецов. Тем более что столкновения там продолжались и с наступлением темноты:
«На участке 107-го пограничного отряда (начальник отряда майор П.С. Шалымагин, начальник штаба капитан А.С. Григорьев) уже 21 июня 1941 года пограннаряды 1-й и 7-й застав имели столкновения с солдатами регулярных войск гитлеровской армии, которые поодиночке и группами с наступлением темноты стали нарушать границу»398.
«На участке 107-го пограничного отряда (начальник отряда майор П.С. Шалымагин, начальник штаба капитан А.С. Григорьев) уже 21 июня 1941 года пограннаряды 1-й и 7-й застав имели столкновения с солдатами регулярных войск гитлеровской армии, которые поодиночке и группами с наступлением темноты стали нарушать границу»398.
Он и ранее, как наиболее продвинутый в отношении боеготовности, уже подвергался обработке с их стороны. Вот в каком состоянии запомнил Кузнецова начальник связи 11-й армии в конце дня 21 июня:
«—Не слишком ли вы открыто сосредоточились у границы? – спросил командующий округом Ф.И. Кузнецов. – Как бы на той стороне не пронюхали об этом. Не избежать тогда неприятностей. – Мы все сделали, чтобы наши перемещения не вызывали подозрений. Просто соединения оставили лагерь в порядке учений, – ответил И.Т. Шлемин. – Руководство одобрило? – Есть решение Военного совета армии. – Мне доложили, что и боеприпасы выданы войскам. – Выданы. – Пожалуй, поторопились. Осторожнее с ними. Один случайный выстрел с нашей стороны немцы могут использовать как повод для любых провокаций. – Понимаем. Люди строго предупреждены. Несколько секунд оба стояли молча, уставившись друг на друга… Кузнецов нервно то надевал, то снимал перчатки. – Запутанная обстановка. Страшно запутанная… Командующий округом направился к выходу. Был он заметно расстроен, шел углубленный в свои мысли, ничего не замечал. Уже сидя в машине, что-то собирался сказать начальнику штаба армии, но промолчал и только махнул рукой: – Ладно! Конкретных указаний он не дал. Но мы были довольны уже тем, что боеприпасы остались в войсках. Через два часа я выехал в форт № 6. Наступил вечер 21 июня»399.