Вспомним теперь ошибку Генштаба, которая потом нам дорого обошлась. Напомню, что Генштаб РККА в начале мая 1941 на основе известных ему сведений определил, что вермахту для нападения на СССР потребуется около 180 дивизий. И, следовательно, война начнется, когда немцы закончат сосредоточение у наших границ этих сил. А затем Генштаб со своим Разведуправлением в решающий момент – последние три предвоенные недели – почему-то резко занизили темпы переброски германских войск. По их данным, с 6-го по 18-е июня немцы перебросили к нашим границам 32 дивизии, включая 26 танковых и моторизованных. Но Генштаб с 1 июня до начала войны зафиксировал увеличение вермахта всего на 10 дивизий, пропустив прибытие этих полчищ более чем на две трети! В итоге получалось: если на 22 июня у наших границ сосредоточилось около 130 дивизий, то по расчетам Генштаба немцам предстояло перебросить еще почти пятьдесят, на что при таких темпах им потребуется еще около двух недель. Очень естественно и логично получалось, что советскому командованию совсем не надо было торопиться, приводя войска в боеготовность накануне 22 июня!

Почему Генштаб дезинформировал руководство страны и наркома обороны? Почему раньше у наших границ «обнаруживали» даже отсутствовавшие там соединения, а в решающий момент перестали замечать реальное прибытие до шестидесяти процентов вражеских дивизий? Слишком много ошибок, чтобы все списать на случайность. В Интернете есть фильм, в котором утверждается (правда, без указания источника), что в Генштабе существовал очень высокопоставленный германский информатор, столь высокий, что не исключено, что им был сам начальник Генштаба⁴¹⁶. После рассмотреных выше фактов такое утверждение уже не кажется невероятным.

Эффект боеготовности

Эффект боеготовности

Таким образом, 21 июня приведение войск Красной армии в боеготовность в значительной мере было сорвано. Причем это произошло в первую очередь на направлениях главных ударов немцев. В итоге 22 июня получилось то, что получилось. Практически на всех направлениям советские войска потерпели поражение. Тем не менее есть возможность количественно оценить эффект введения боеготовности войск прикрытия. А то ведь встречаются утверждения, что выход войск на позиции мало что решал, поскольку все равно они повсеместно – что в ЗапОВО, что в ПрибОВО – потерпели поражения. С одной стороны, в определенной степени это имеет место, но с другой – поражение поражению – рознь.

Из всех особых округов Прибалтийский под командованием генерал-полковника Кузнецова был самым слабым и малочисленным. На 22 июня немцы превосходили его по численности личного состава в 1,7 раза – соотношение 379 500 к 655 000 в их пользу. Если же учесть 6 ненадежных прибалтийских дивизий, то превосходство немцев будет более чем двукратным. Кроме того, поскольку в первые три дня здесь наносили удар сразу две немецкие танковые группы, то СЗФ оказался единственным местом, где немцы превосходили наши войска по количеству танков – соотношение 1274:1389 в их пользу.