Маточное ядро завода, которое я видел в 1913 году, было много лучше того, которое я видел в 1902-м. Кобылы, родившиеся в заводе Рибопьера, имели много своего, им одним присущего. Возьмем хотя бы замечательную чалую группу: Стрелу, Суету, Славянку и Награду. Как хороша и как своеобразна была эта группа! Подобной ей по масти не было ни в одном заводе России. Я усиленно просил Рибопьера уступить мне этих чалых кобыл, но граф не пожелал с ними расстаться. Об этом в интересах рысистой породы я теперь могу лишь сожалеть, так как в Прилепах они во время революции уцелели бы, а в Святых Горах, увы, безвозвратно погибли.

Мне остается сказать о тех производителях, которые были в заводе графа недолгое время, но все же оставили там кое-какой след.

Барон 5.23,1 (Силач – Баронесса), серый жеребец, р. 1879 г. Я был знаком с приплодом Барона, мне даже принадлежала его дочь Греми. Это была выдающаяся по себе кобыла, которая фигурировала в белой выставочной группе 1910 года в Москве. Дочери Барона, проданные в другие заводы, имели известное значение для рысистой породы.

Лихой-Атаман 5.08½ (Лакомый-Кусочек – Атаманка), вороной жеребец. Дал семь призовых лошадей, выигравших около 30 000 рублей. Резвейший его сын Листопад имела рекорд 2.23,3. Я видел в заводе графа дочь Лихого-Атамана Стрелу, это была вполне достойная кобыла.

Побег 5.7,3 (Павлин – Кукушка), вороной жеребец, р. 1885 г. Побег дал Рибопьеру нескольких заводских маток, в том числе Задиру и Яркую. Его сын Полевой был оставлен в заводе производителем, а другой сын, Порох, состоял производителем в заводах Щёкина и Оболонского.

Гром 2.19,3; 4.53½, караковый жеребец, р. 1896 г., от Грозного-Любимца и Нагайки, дочери Павлина и Надки. Был очень интересного происхождения, но продержался в заводе недолго и ничего хорошего не дал. Резвейший его сын Гость имел рекорд 2.27½.

Черногорец 5.24,3 (Озарной – Червонная), гнедой жеребец, р. 1879 г. К сожалению, этот жеребец не был достаточно оценен у Рибопьера, хотя его сыновья Черномор 2.23½ и Чудовище 5.11 выиграли 13 398 рублей.

Пример коннозаводской деятельности графа Г.И. Рибопьера вполне подтвердил мысль, что лучшими заводскими матками всегда были и будут те кобылы, которые принадлежат к прославленным женским семействам. Немало кобыл перебывало в заводе Рибопьера, но выдающееся по себе и резвости гнездо маток было сформировано после тридцатипятилетней деятельности именно из тех кобыл, которые были выдающегося происхождения и принадлежали к лучшим женским семействам рысистой породы. Все первоклассные рысаки завода Рибопьера так или иначе восходили к маткам-родоначальницам всего великого и знаменитого в рысистом коннозаводстве нашей страны.