Граф умер в разгаре своей успешной коннозаводской деятельности. Исключительно интересные переплеты родословных и имен с точки зрения инбридинга, накопления крови и скопления имен кобыл-родоначальниц уже были налицо. Все это было так интересно и сулило такой блестящий результат, что нельзя не пожалеть о том, что Рибопьеру не суждено было это довершить так, как он задумал. Я не могу, конечно, утверждать, но склонен думать, что если бы судьба даровала графу еще каких-нибудь десять лет спокойной творческой работы, то именно его завод скорее других получил бы американские результаты с орловским рысаком. Пусть именно эти строки послужат венком на могилу графа Георгия Ивановича Рибопьера, талантливого коннозаводчика, выдающегося деятеля в области спорта и кристаллической чистоты человека, расположением и дружбой которого я имел счастье пользоваться на моем жизненном пути.
Завод Ф.А. Терещенко
Завод Ф.А. Терещенко
Мое увлечение знаменитым хреновским производителем Полканом 3-м и всем его выдающимся потомством началось очень давно, еще со школьной скамьи. Я был в третьем классе гимназии, когда мое детское воображение было заинтриговано значением слова «Полкан». Недолго думая я задал учителю русского языка вопрос, что оно означает. Тот спросил, почему именно интересует меня это слово. Я объяснил, в чем дело. Учитель сделал мне выговор – мол, вместо того, чтобы хорошо учиться, я думаю только о лошадях и задаю ему праздные вопросы. «В следующий раз вы будете наказаны», – добавил он.
Прошло несколько дней, и, к большому моему удивлению и удовольствию, после классов тот же учитель, отозвав меня, сказал, что Полкан – имя собственное и упоминается в старых былинах. Он процитировал строку, которая навсегда врезалась мне в память: «Полкан богатырь, сын Иванович». Затем он сказал: «Несомненно, интересующая вас лошадь названа в честь этого богатыря». Я считаю это объяснение верным и полагаю, что знаменитый хреновской Полкан был назван в память знаменитого богатыря времен Владимира Красное Солнышко.
Уже тогда я из всех производителей Хреновского завода первых времен его существования облюбовал этого жеребца и стал тщательно изучать его заводскую деятельность. В то давно прошедшее время мое увлечение Полканом 3-м было чисто интуитивное. Позднее, по мере изучения этой линии, я ясно увидел, что чутье меня не обмануло: Полкан 3-й был действительно необыкновенной, прямо-таки феноменальной во всех отношениях лошадью. Я до сих пор остаюсь верен Полкану 3-му и неустанно продолжаю изучать и собирать материалы о нем и его потомстве. За тридцать пять лет я собрал богатейший материал и собираюсь обработать его для печати.