Оба сына знаменитого Николы Терещенко, Александр и Иван, также основали рысистые заводы. Завод И.Н. Терещенко был основан в 1880 году, а А.Н. Терещенко – на три года ранее, в 1877-м. Завод А.Н. Терещенко был пополнен в 1903 и 1904 годах лошадьми Ф.Ф. Терещенко и одно время пользовался очень большой известностью на юге России.

Таким образом возникла эта династия Терещенок-коннозаводчиков, и лошади их заводов имели весьма большое влияние на коннозаводство нашей страны. Особенно сильно это влияние было на юге России, где большинство заводов имели в своем составе кровь лошадей заводов Терещенко и отвели от них немало знаменитого материала. Итак, следует иметь в виду, что в свое время существовали рысаки заводов Ф.А., С.А., Ф.Ф., А.Н., И.Н. и К.С. Терещенко и заводы эти имели весьма много общего, ибо все Терещенки были очень дружны между собою, друг друга поддерживали и сплошь и рядом обменивались рысаками или же покупали их у своих.

Я лично знал Надежду Владимировну Терещенко – вдову Фёдора Артёмовича, а также Александра Николыча Терещенко и его семью, а также Константина Семёновича Терещенко и его семью. Я осматривал заводы Ф.Ф., А.Н. и К.С. Терещенко и в этом порядке буду описывать их.

Теперь мне предстоит говорить о заводе Ф.Ф. Терещенко или, что то же самое, о заводе его отца, но я уже предупредил читателя, что мои впечатления от поездки на завод Ф.Ф. Терещенко очень отрывочны.

Имение Ф.Ф. Терещенко, где находился рысистый завод, называлось Червонное. Я посетил Червонное в 1898 году, Ф.А. Терещенко умер за четыре года до этого. Его вдова с двумя дочерьми и малолетним сыном Фёдором была за границей.

Червонное было громадным имением, в свое время купленным за бесценок. В конторе мне рассказывали, что один ремонт стоил едва ли не половину того, что было уплачено за все имение. Терещенко знали, как надо покупать имения! Червонное стало резиденцией Фёдор Артёмовича, а позднее его семьи. Тут же был основан и рысистый завод, который впоследствии приобрел такую известность. Поскольку никого из владельцев не было в Червонном, мне отвели помещение во флигеле для приезжающих. Дома я не осматривал, ибо в то время интерес к старине еще не пробудился во мне. Не скрою, что мой приезд, приезд кадетика, да еще с целью осмотра завода, озадачил и удивил управляющего. Он улыбнулся и сказал: «Хорошо, мы вам покажем завод, – и добавил: – Когда захотите получить лошадей, сообщите конторе». После этого он передал меня с рук на руки рыжебородому дядьке, который ведал флигелем для приезжающих, и счел свою миссию законченной. Ему, человеку деловому и занятому по горло, было не до юнца и его фантазий.