На базаре народ, особенно бабы, стал громить лавки с припасами, вызваны были войска. Но все же разгромили бакалейную лавку купца Абушаева, растащив сахар, конфеты и прочее. Народ возбужден и, по слухам, назавтра намерен продолжать безобразия. Сегодня прошел по базару. На Гончаровской зеркальные окна магазина сукон Степанова – все выбиты. Кое-какие магазины и лавки закрыты. В окнах других – иконы (вспомнили жулики-купцы о Боге!). Всюду отряды войска, полиции… В воздухе пахнет новым погромом. Конечно, нельзя допустить безобразий и самоуправства черни. Но, с другой стороны, что же сделали Ключарев и Кº для того, чтобы обуздать грабителей-купцов и уменьшить их аппетиты?

«Вечерний курьер», 7 июля

«Вечерний курьер», 7 июля

Первые шаги карточной системы.

Введение карточной системы на сахар в Московской губернии на первых порах осуществляется не совсем гладко. Из многих уездов в губернскую Управу поступают устные и письменные жалобы на местные продовольственные совещания, не принимающие всех, зависящих от них мер в раздаче сахара по карточкам. Некоторые продовольственные совещания этим не ограничиваются и прямо противодействуют введению карточной системы. Такого образа действий держатся те продовольственные совещания, состав которых проникли торговцы, непосредственно заинтересованные в сохранении сахарной неурядицы.

B. П. Кравков, 10 июля

B. П. Кравков, 10 июля

Трогательная тишина и в природе, и в злодеяниях человеческих. Предполагавшаяся было ночная атака наша, благодарение Богу, отменена. Войска, многократно обжегшись о неудачные попытки атаковать немца, сдали сильно духом, из окопов их ничем не выгонишь, деморализовались. Вина в том всецело – военачальников, не умеющих маневрировать человеческими силами и не желающих считаться с элементарными законами человеческой психики. Масса солдат обнаруживает вредное для боевого дела стремление «залегать», неся из-за этого большие потери, чем если бы быстрее и дружнее шли вперед; многие из солдат повадились падать навзничь, задирая кверху ноги, с целью, чтобы ранило их в ноги. То, что проделано нашими стратегами – одна бутафория и кинематограф, мощная подготовка артиллерией, после чего – атака, и бросается в нее маленькая горсточка; командный состав запрятывается в блиндажи-берлоги – и их тоже не вытащить наружу, под малейшим предлогом «конфузий» норовят улизнуть в тыл. Частные записки, воспоминания, дневники и проч, документы должны с течением времени раскрыть преинтересную историю нашей теперешней несчастной операции, в которой проявлено так много и глупости, и преступности со стороны командного состава.