При мне много сидело под арестом, почти исключительно за побеги; устроены, кроме камер, прямо бараки с закрытыми окнами, где помещается сразу по 100 человек; бараки небольшие, воздух очень тяжелый, темнота полная, люди там сидят от 2 до 5 недель. Кроме того есть так называемые штрафные бараки; там у людей нет тюфяков, спят просто на полу, но не заперты.
В. А. Теляковский, 22 июля
В. А. Теляковский, 22 июля
Настроение в Москве неважное. Дороговизна все делает дальнейшие шаги. Последние перемены в министерствах, назначение Штюрмера, уход Сазонова и Наумова, назначение А. Бобринского производят удручающее впечатление. Неважные сведения получаются из провинции, глухое недовольство при наружном спокойствии – дурной знак. Казанский видел Похвиснева, директора почт и телеграфов, вернувшегося из Саратовской губернии, – говорил, что настроение в провинции плохое.
Л. А. Тихомиров, 23 июля
Л. А. Тихомиров, 23 июля
На фронте – противно читать, какое-то полное бездействие. На Стоходе даже успехи немцев. Ни Куропаткин, ни Эверт ничего не делают, не поддерживают Брусилова. Кажется, общего командования западным фронтом нет. Но почему, когда при Государе находится и Алексеев, и – кажется – Иванов? Могло бы быть согласование действий и особенно нужно теперь, когда у неприятеля Гинденбург получил командование всем фронтом от Риги до Румынии.
Чернышев, 24 июля
Чернышев, 24 июля
Про военные события ничего не слышно, должно быть взять Ковель не такая простая история, и очевидно немцы придают этому большое значение, неужели придется зимовать еще, как это тяжело. На нашем фронте какое-то затишье быть может перед бурей, по всем признакам у нас ничего и не будет, едва ли на нашем фронте найдутся даровитые головы, которые бы справились с серьезностию операцией, которая связана с таким важным пунктом как Барановичами, и немцы его дешево не отдадут. Вечером получил из штаба дивизии бумагу такого содержания, что немцы предполагают совершить газовую атаку, если только это действительно правда, то нам удовольствие будет ниже среднего. Отдал приказание чтобы маски были для людей и нашили из мешков торб, которые бы служили для лошадей тоже масками, но едва ли это лошадей убережет. Для людей маски тоже довольно примитивного устройства и я тоже сомневаюсь, чтобы они могли оказать какую-либо пользу.
Т. Кирьянов, 24 июля
Т. Кирьянов, 24 июля
Два года мировой войны, чуть не ежемесячные мобилизации, ежеминутный убой и калечение людей. Нужно еще удивляться, как еще люди живут и не пухнут с голода, а по всей вероятности, скоро настанет и этот бич людей, а будущее родины – ведь это сплошной ужас, если к новому году имели 17 миллиардов долга и уж должны были уплатить к новому году более ½ миллиарда, что же будет, если война еще затянется на год?