«От переизбытка дозы энтузиазма пострадали не только украинские ветераны. Подобный результат зафиксирован… на публичных собраниях, где призыв „Все в дивизию“ приводил к массовой добровольной записи… Играя на чувствах, общественные деятели, в основном те, что были связаны с УЦК, получали от Кубийовича инструкции по согласию вступления в дивизию, чтобы тем самым дать пример другим… Среди тех, кто помогал в вербовке, были учителя средних школ (гимназий). Благодаря их усилиям многие из учеников влились в дивизию, даже не закончив своё обучение… Вербовка в дивизию, несмотря на некоторые препятствия, оказалась значительно легче и успешнее, чем ожидалось. Кроме политически добросовестных индивидуалистов, которые руководствовались чувством патриотизма и верой в то, что дивизия – это начало украинской армии, были и такие, которые записывались ради того, чтобы избежать службы в стройбате, или на принудительных работах в Германии. Таким образом, в дивизию пришли люди, назвать которых „добровольцами“ было бы не совсем правильно. Даже в различных инструкциях по вербовке речь шла о категории рекрутов, вынужденных выступать „добровольцами“… Практически набор новобранцев проводился спецкомиссией, конечно, под председательством крайсгауптмана (немецкого окружного головы) или ландкомиссара (районного комиссара). В комиссию входили также местный офицер полиции, делегат из Военной управы, священники, учителя, чиновники администрации и общественные деятели».
Далее Гунчак даёт таблицу, из которой видно, что к началу июня 1943 года в дивизию СС «Галичина» записалось 81 999 человек, принято 52 875, отказано в мобилизации 29 124 мужчинам.
81 999
52 875
29 124
Однако на этом призыв в дивизию не прекратился. Призывная организация, возглавляемая гауптштурмфюрером СС К. Шульце, которая превратила действующую Военную управу в свой вспомогательный орган, продолжала мобилизацию в дивизию до конца оккупационного периода Галичины, то есть до августа 1944 года, а некоторые пополнения делала и далее, вплоть до начала весны 1945 года – за счет беглецов из Галичины.
Скрыть правду об этой дивизии невозможно, и поэтому Гунчак вынужден дать материал о том, что гитлеровцы, воспользовавшись тем, что мобилизация проходит успешно, сформировали не одно, а несколько подразделений. Гунчак замечает, что Шульце в своем отчете кроме 11 578 рекрутов, которые находились в тренировочном лагере, не указал, что «немцы сформировали также пять полков и один батальон из излишков, призванных в дивизию в конце июля и в августе 1943 года». Именно эти пять полков и батальон сразу же были предназначены для муштры как полицейские («охранные») войска СС.