Уверяла, что видит, как загораются глаза людей, как они наполняются надеждой во время встреч с ней. После ее выступления вдохновленные слушатели запевали «Марсельезу». Она повторяла:

– Патриотизм – не монополия ультраправых.

На выборах Сеголен Руаяль противостояла Николя Саркози.

У него наполеоновский комплекс, свойственным политикам невысокого роста. А в ее речах – нечто мессианское. Словом, Наполеон против Жанны д'Арк.

В случае Саркози размер действительно имеет значение. На встречах с избирателями организаторы получали партийное задание – подобрать низеньких собеседников, чтобы на их фоне Саркози смотрелся внушительно. Его женщины предпочитают обувь без каблуков.

Николя Саркози все делал на публику. Понимал, что вокруг телекамеры. Как опытный шоумен, продавал свой товар – политику. Уверенно говорил:

– Франция поднимается. Кто такой Кеннеди? Обо мне весь мир говорит каждый день.

Французы оценили Николя Саркози, когда в мае 1993 года в детском саду сумасшедший компьютерщик взял в заложники двадцать детей и воспитателя. Потребовал выкуп в сто миллионов франков, обещав в противном случае взорвать здание. Угрозу приняли всерьез. Полиция готовилась к штурму, но все понимали: могут погибнуть дети.

К тому времени Саркози только-только вошел в правительство. Он примчался на место преступления и взял дело в свои руки. Драма продолжалась два дня. Семь раз Саркози бесстрашно отправлялся в детский сад на переговоры с террористом. И у него получилось! Предложив себя в заложники, он вывел и спас всех детей.

В роли министра внутренних дел Саркози железной рукой наводил порядок и показал себя человеком действия. Когда вел избирательную кампанию, все видели: он знает страну, каждый департамент с его нуждами и проблемами. Ему помогали друзья в средствах массовой информации и преданная команда.

Лозунг его кампании – «Если мы вместе, то все получится». Это принцип его жизни. Кто-то пошутил: у него самая толстая во Франции телефонная книжка. Своей карьерой он обязан умению устанавливать контакты и заводить друзей. Положение во французском обществе во многом зависит от того, с кем ты знаком.

Некоторые избиратели смотрели на него с подозрением. Сам не пьет и еще захотел снизить разрешенную порцию вина для водителей. Но он объяснял:

– Мы уменьшили число смертей на дорогах. И никто это не может опровергнуть.

Встречаясь с избирателями, он говорил прямо, не юлил и не уклонялся от неприятных тем. Напротив, сразу начинал с самых болезненных вопросов. Обещал:

– Я не буду вам лгать. Я вас не обману. Хватит с нас вранья.