Германский генеральный уполномоченный в Литве доктор Циммерле 27 июля поставил в известность литовского президента и министра обороны о предстоящей эвакуации Литвы через прикомандированного к нему в качестве офицера связи капитана Генерального штаба Чунке[465]. Заявление было обоими деятелями воспринято спокойно, хотя, разумеется, и не без озабоченности сохранявшейся польской угрозой. Президент Сметона подчеркнул, что ему чрезвычайно важно взаимодействие без недоразумений. Министр обороны Меркис[466] без обиняков заявил о самой серьезной тревоге. Ведь Антанта в телеграмме заверяла Литву, что занимаемый германскими войсками фронт останется в качестве демаркационной линии, поскольку поляки на ней едва ли остановились бы. Министр Меркис поставил вопрос о том, не могли бы немцы хотя бы отложить напоследок очищение южной Литвы; тем самым было бы выиграно время для переброски туда ополчения и спешно отправляемых воинских частей. Он надеялся, что тогда удастся избежать худшего с помощью ввода войск и демонстрации этим твердой воли. В остальном же министр обороны заверил, что ни один из ответственных литовских руководителей и мысли не имел атаковать или разоружать германских солдат. Он сделает все, чтобы избежать инцидентов при отводе немецких войск.
Генерал-лейтенант фон Эберхардт указал главам ответственных литовских инстанций, что было бы целесообразно направить имеющиеся скромные силы на занятие ими Сейненского и Олитского уездов, а вот от Августова и Сувалок, с их преимущественно польским населением, следовало бы отказаться сразу, ведь попытка удерживать их будет бесперспективной. Литовское правительство сообщило в ответ генерал-лейтенанту фон Эберхардту, что оно и не предполагало занимать город Августов.
Для последующей передачи литовцы уже тогда ввели свои гарнизоны в Олиту и Меречь; Друскеники и переправу через Августовский канал к востоку от Чарны Брод следовало занять за день до отвода германских войск.
Ход эвакуации
Ход эвакуации
Очищение территории, занятой Добровольческим резервным корпусом, началось 2 июля по плану: отправкой войск с участка 28-й бригады рейхсвера[467] и из зоны комендатуры Ковно. К 4 июля в Кейданы были стянуты части Кейданского отряда (1-й батальон 55-го пехотного полка (до того 1-й батальон 18-го добровольческого пехотного полка)) и 1-й эскадрон 28-го кавалерийского полка (до того 18-й добровольческий эскадрон), откуда 7 июля они и отошли к бригаде «Шавли». В тот же день эвакуация началась и в бригаде «Гродно», когда войска отступили из Меречи, передача тамошнего моста через Неман, а также очищение Олиты последовали 8 июля. К вечеру 9 июля германские войска были отведены на линию Чарны Брод – Берзники – Лодзее – Симно – 6 км к востоку от Ковно, боевой отдел штаба корпуса отправлен в Гумбинен, а штаб 28-й бригады рейхсвера переехал в Вилковишки. На этом эвакуация для бригады «Гродно» была пока что окончена. Фрайкору Дибича была выделена новая полоса между германской границей и Чарна Ганчей, далее до района в 10 км к северо-западу от Сейн стоял 14-й полк, а затем вплоть до Симно (включая его) – 15-й полк.