Сейчас мы подошли вплотную к очень серьезному аргументу против сопоставления блокады и холокоста. Холокост четко попадает под базовое определение геноцида, данное ООН в 1948 г. Согласно «Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него», геноцид — это спланированная попытка уничтожить «какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую»[1086]. Жители Ленинграда, умиравшие от голода во время блокады, были людьми разной национальности и разного вероисповедания. Получается, что их уничтожение нацистами (в отличие от уничтожения евреев) не может быть квалифицировано как геноцид?
Для ответа на этот вопрос нам следует посмотреть на нацистскую политику, проводившуюся в отношении советских граждан, в более широком контексте.
Ни для кого из историков не является секретом, что война на Востоке была для нацистской Германии особой войной. Начиная войну против Советского Союза, руководство нацистской Германии рассматривало ее как тотальную войну на уничтожение, принципиально отличающуюся от военных кампаний на Западе. Тотальная война на Востоке имела своей целью уничтожение государственности нашей страны, физическое истребление одной части советских граждан и порабощение другой. Экономические ресурсы Советского Союза должны были быть поставлены на службу Германии, а советская территория — постепенно заселена немецкими колонистами[1087].
Рейхсфюрер СС Гиммлер в марте 1941 г. говорил своим подчиненным о необходимости уничтожения 30 миллионов советских граждан[1088], однако это были лишь примерные наметки. Спустя несколько месяцев фельдмаршал Герд фон Рундштедт превзошел рейхсфюрера в кровожадности. «Мы должны уничтожить по меньшей мере одну треть населения присоединенных территорий, — говорил фон Рундштедт. — Самый лучший способ для достижения этой цели — недоедание. В конце концов, голод действует гораздо лучше, чем пулемет, особенно среди молодежи»[1089].
Словами дело не ограничивалось. Перед началом боевых действий против Советского Союза нацистами были созданы айнзацгруппы — оперативные группы Главного управления имперской безопасности, задачей которых являлось физическое уничтожение «враждебных элементов», прежде всего коммунистов, евреев и цыган. В нарушение международных законов и обычаев войны командованием вермахта были заранее спланированы мероприятия по созданию в лагерях для советских военнопленных невыносимых для жизни условий. Массовая гибель военнопленных красноармейцев, по мнению нацистского руководства, должна была подорвать «биологическую силу» русского народа[1090]. Одновременно рядом приказов военнослужащие вермахта были освобождены от уголовной ответственности за преступления против мирного населения[1091]. Нацистами также была спланирована организация голода на оккупированной советской земле. «Выделение черноземных областей должно обеспечить для нас при любых обстоятельствах наличие более или менее значительных излишков в этих областях. Как следствие — прекращение снабжения всей лесной зоны, включая крупные индустриальные центры — Москву и Петербург… Несколько десятков миллионов человек на этой территории станут лишними и умрут или будут вынуждены переселиться в Сибирь», — говорилось в одном из документов экономического штаба «Ост»[1092].