Документальная литератураЛиквидация враждебного элемента: Националистический террор и советские репрессии в Восточной Европестр 319
Светлый фон
«Не удовлетворившись моим докладом, Берия приказал вызвать в Москву моих заместителей — Мартавичуса и Гайлявичуса. 23 апреля я вместе с ними прибыл к Берия. На этом приеме Берия дал указание нам выехать в Литву, собрать материалы о состоянии партийного и советского аппарата и эти материалы доложить ему через три дня. Мы выехали в Вильнюс, а вместе с нами, в качестве наблюдающего, Берия был направлен Сазыкин. Была подготовлена объективная докладная записка, однако ею Берия не удовлетворился. Он снова ругал нас и обвинял в том, что мы якобы пытаемся скрыть действительное положение дел в Литве. Снова мы выехали в Литву. 5 мая с. г. я и мой заместитель Мартавичус были опять вызваны к Кобулову. Нам объяснили, что мы приглашены для участия в подготовке проекта записки Президиуму ЦК КПСС. В действительности же оказалось, что проект указанной записки уже был подготовлен Кобуловым. В этой записке данные о репрессированных были увеличены, сюда включили даже задерживаемых, а цифру погибших от рук националистического антисоветского подполья Кобулов слишком завуалировал. По указаниям Берия в органах МВД Литвы было проведено большое сокращение штатов, ликвидированы областные управления МВД и заново расставлен руководящий состав как в министерстве, так и в периферийных органах. Это привело к полнейшей дезорганизации работы органов МВД Литвы и к тому, что националистическое подполье подняло голову и активизировало свою антисоветскую подрывную деятельность»[1122].

Свидетельства Снечкуса и Кондакова о заложенных в «докладных Берии» фальсификациях достаточно важны. Этому, однако, существуют более существенные доказательства. В подписанной Л.П. Берией докладной записке «О ситуации в Литовской ССР» от 8 мая 1953 г. утверждается, что в 1944–1952 гг. за пределы Литовской ССР было выслано 126 037 человек «как кулаки, укрыватели и пособники банд»[1123]. Однако в датируемой концом декабря 1952 г. обобщающей справке МГБ Литовской ССР за подписью министра П. Кондакова о результатах борьбы с националистическим подпольем приводится заметно меньшая цифра депортированных за тот же период: 106 037 человек (эта информация дается с разбивкой по годам)[1124]. Разница, как видим, составляет ровно 20 тысяч человек, что наводит на мысли о приписке. Данные еще одной обобщающей справки МВД Литовской ССР, датирумой уже октябрем 1953 г., совпадают с данными докладной П. Кондакова: общая численность депортированных — 106 037 человек[1125].

Численность арестованных по принадлежности к националистическому подполью и убитых боевиков в записке П. Кондакова практически точно соответствует данным докладной Л. Берии от 8 мая 1953 г. При этом, однако, в докладной Берии появляется еще один раздел, отсутствующий в справке Кондакова: «Арестованые по линии органов прокуратуры и милиции» (см. табл. 2). Как мы помним, в показаниях Кондакова упоминалось о том, что в число репрессированных были включены «даже задерживаемые»; по всей видимости, речь шла именно об этой строчке.