Вместо того чтобы смонтировать социальный репортаж о подростках-сатанистах или судебную драму, авторы сделали фильм-оправдание: эти трое невиновны. Точка. Этот вывод действовал так сильно, потому что авторы сразу же окунали зрителя в кошмар. Во время монтажа Берлингер и Синофски обсуждали — этично ли, можно ли начинать фильм с чудовищных кадров убитых детей? «Мы решили, что зритель должен немедленно провалиться в этот мир шока и ужаса, пройти тот путь, который прошли мы».

Но, в сущности, в «Потерянном рае» не было никаких особых ухищрений, почти никакого хитрого монтажа, подталкивающего зрителя к нужным выводам, а закадровым комментарием можно считать песни «Металлики», звучащие в фильме. Это, кстати, был первый случай, когда группа лицензировала использование своих песен в кино. В 2004-м Берлингер и Синофски сняли фильм «Металлика».

Авторы обращались к зрителям как к суду, в этом и был смысл «Потерянного рая». Если великая «Тонкая голубая линия» (1988) Эррола Морриса, тоже рассказывающая о безвинно осужденном, основывалась не только на интервью с героями, но и на реконструкции событий, раскрашивая документалистику в мрачные оттенки нуара, то «Потерянный рай» не пользовался никакими формальными придумками. Фотографии и хроникальные кадры с места убийства были даны как есть, из разговоров с жителями Уэст-Мемфиса не были вырезаны никакие жестокие подробности.

Единственный, кто в первом фильме казался выдумкой, персонажем какого-то триллера категории B, — отчим одного из убитых мальчиков, Марк Байерс. Он произносил такую речь, так смаковал детали убийств, с таким торжеством рассказывал, что именно сделает с могилами подростков, с таким восторгом расстреливал тыквы, нарекая их именами троицы («Мне кажется, старина Джесси еще шевелится… давай, прикончи старину Джесси»), что его невозможно было не начать подозревать. Очевидно, авторы фильма тоже думали, что он как-то замешан в убийстве. В сиквеле об этом говорили почти все.

ReLoad

Первый «Потерянный рай» вышел, когда жанр «давайте следить за судебными разборками» начал набирать популярность: уже появились телеканалы, посвященные детективной журналистике, только что прошел суд над О. Джей Симпсоном, который смотрела вся страна. Сам Берлингер считал, что ни от «Тонкой голубой линии», ни от их фильма нельзя отсчитывать моду на true crime, а интерес к этому жанру укоренен в человеческой природе и связан с интересом жертвы к хищнику. Зритель, понимая, что мог бы стать жертвой маньяка из очередного детектива, торжествует: «Ты меня не поймал, ты поймал кого-то другого».