Глаза маршала несколько раз прошлись по линии фронта сверху вниз, с севера на юг. На фоне огромного фронта крошечные голубые островки Балтийского и Черного морей и на долю секунды не задержали взглядом начальника Генерального штаба. На столь высоком стратегическом уровне флота просто не существовало, и его роль не учитывалась. Где-то, на более низком, оперативно-тактическом уровне флот еще учитывался как одно из средств эвакуации и транспортировки. А на еще более низком уровне флот учитывался как средство огневой поддержки, что-то вроде полковой артиллерии.

Но на уровне маршала Шапошникова его фактически не существовало. Фактически, потому что любое упоминание о флоте раздражало маршала. Во-первых, потому что флот без всякой пользы тратил ресурсы, необходимые для армии. Во-вторых, потому что на кораблях оставался личный состав, из которого можно было сформировать три армейских корпуса, а этих корпусов критически не хватало везде. И в-третьих, эти постоянные напоминания Сталина: «Чтобы нэ одын корабль нэ папал в руки врага!» Армия еще должна спасать флот. Тот даже не способен сам себя уничтожить! И в-четвертых, маршал, в отличие от Сталина, флот не любил, и зачем он нужен в такой стране, как Россия, не понимал.

Ещё в старые времена, будучи младшим офицером Императорской армии, он видел, с каким трудом армия выпрашивала копейки на какое-нибудь новое трехдюймовое орудие, в то время, как флот глотал миллиарды только для того, чтобы навечно опозорить страну Цусимой. Он был уже полковником, когда русская армия истекала кровью без орудий и снарядов, а не сделавшие за всю войну ни одного выстрела экипажи линкоров, обалдевшие от безделья, начали резать и бросать за борт своих офицеров.

А сейчас! У армии нет даже приличного грузовика, армия идет в бой с трехлинейкой и «Максимом» первой мировой войны, а флоту готовили линкоры и линейные крейсеры! Тысячу раз прав был Ленин, предлагавший после Кронштадтского мятежа вообще упразднить флот, заменив его морскими частями ОГПУ...

25 августа 1941, 15:30

25 августа 1941, 15:30

Шапошников с лязгом открыл массивный старинный сейф, мрачной громадой возвышавшийся в одном из углов его кабинета, и вытащил красную папку, в которой хранились документы Главного Разведуправления Генштаба. Маршал открыл папку и вытащил из нее документ, о содержании которого он непрерывно думал в течение всего дня. В сопроводительной справке ГРУ говорилось, что этот документ передан англичанами, добывшими его неизвестно откуда по линии своей глобальной секретной службы. Были приведены фотокопии подлинника документа на немецком языке и приложен перевод.