Так работала в тяжелые дни блокады университетская библиотека, восстановилась и по мере своих сил и возможностей работает и далее. Нет больше битых стекол, обвалившейся штукатурки, покосившихся стеллажей и беспорядочно разбросанных груд книг. В прежнем порядке заняли свое место на стеллажах наши книжные фонды, стройно тянутся анфилады чистых и убранных библиотечных залов. И только местами аккуратно пригнанная фанера на окнах и подпорки, выпрямляющие стеллажи, покосившиеся от сотрясения во время бомбежки и обстрелов, напоминают о гибели, грозившей нашей библиотеке, и о самоотверженном труде и любви оставшейся кучки работников, ее спасавшей.

И мы, работники библиотеки, уже не те, окрепшие и физически и морально. Уже в конце 1942 г. наша университетская библиотека вступила в тесную связь с Государственной публичной библиотекой имени Салтыкова-Щедрина, где по-прежнему вел и ведет свою работу кабинет библиотековедения. Систематические доклады на темы библиотечно-библиографического характера посещаются работниками нашей библиотеки, и коллектив наш не отстает от актуальной библиотечной жизни. С неослабленным интересом работники библиотеки слушают и активно участвуют в регулярно проводимых беседах на социально-политические и актуальные темы. Затаив дыхание, мы следим за ежедневными успехами нашей Красной Армии и с надеждой смотрим вперед. Возможно лучше мы налаживаем нашу работу и делаем все от нас зависящее, чтобы к светлому дню близящейся окончательной победы над врагом мы были бы вправе сказать: «Да, мы сохранили нашу старинную фундаментальную университетскую библиотеку и готовы широко и гостеприимно открыть двери для тех, кто, вернувшись после победоносных боев, вновь возьмется за учебу и мирный созидательный труд».

«Мы знаем, что значит война…». Воспоминания, письма, дневники универсантов военных лет. СПб., 2010. С. 468–470.

Из дневника анонимного жителя города

15 декабря 1942 года

Напряженность усилий ленинградцев поддержать город в порядке во всех моментах подготовки к зиме и во всей жизни и внешнем облике ярко ощущается на каждом шагу.

Ленинградцев стало заметно меньше. Входишь в какое-нибудь учреждение, минуешь анфиладу пустых комнат и наконец в одной, обогреваемой печкой-времянкой, находишь трех-четырех сотрудников.

Основная масса людей за лето пришла в себя, выглядит хорошо, веселые посещают кино, театры, трудятся. Но наряду с этим еще очень много дистрофических типов, еле передвигающихся, хныкающих, всем недовольных.

Количество маршрутов трамвая доведено до десяти. Но вагонный парк ремонтируется плохо. Отсутствуют квалифицированные рабочие. В ремонте заняты в основном молодые ребята 15–16 лет, окончившие ФЗО и ремесленные училища.